Я сделал шаг назад, но она двинулась вместе со мной, не отпуская меня.
— Подожди, — прохрипела она, и слеза скатилась из ее глаз. — Я все еще хочу тебя. И я тоже хочу быть твоей. Но я не могу обещать вечность, потому что я больше не знаю, как выглядит вечность. Все, что я знаю, это то, что я не могу отпустить тебя. Пока нет. Так что, пожалуйста, не уходи.
— Роуг… — Тяжело произнес я.
— Я просто боюсь, Джей-Джей, — сказала она, когда еще одна слеза скатилась по ее щеке, а ветер разметал волосы по плечам. — Я так чертовски боюсь. Однажды ты разбил мне сердце, хотел ты того или нет, и я хочу доверять тебе, но это не так просто. Все так хуево, но, когда я с тобой, я чувствую себя намного менее хуево, и мне это нравится. И, может быть, надеюсь, я смогу понять, как дать тебе все, потому что именно так я себя чувствую, когда я с тобой. Как будто я просто переполнена… всем.
Она повернулась, вцепилась в перила и посмотрела на океан, чтобы скрыть от меня свои слезы. Я подошел к ней сзади, убрал волосы с ее лица и повернул ее так, чтобы она посмотрела на меня, обнял ее и обнаружил, что тоже не могу отпустить ее.
Конечно, уйти было невозможно. Это была Роуг. Я принадлежал ей, и меня это вполне устраивало, пока я знал, что она не собирается вырывать мое сердце из груди и снова покидать этот город. Но, может быть, ей просто нужен был кто-то, кто был бы рядом с ней, ее опорой и не позволил бы ей уйти. Я мог бы это сделать. Я докажу ей, что землю из-под ее ног больше не вырвут, а если и вырвут, то я буду рядом, и она сможет держаться за меня, чтобы пережить любую бурю, которая обрушится на нее.
Я провел большим пальцем по ее нижней губе, вытирая слезы, когда они еще сильнее потекли по ее щекам.
— Иногда ты выглядишь такой чертовски одинокой, что это ломает меня, — пробормотал я, а затем наклонился, чтобы поцеловать ее в губы и ощутить солоноватый привкус ее боли. — Но я здесь, красотка. И я никуда не уйду. Я обещаю. Пока ты хочешь меня, ты никогда больше не будешь одна.
Она приподнялась на цыпочках навстречу моему поцелую со вздохом тоски, ее язык проник между моими губами, и мы тут же скрепили это обещание друг другу. Это было своего рода обязательство, возможно, не то, на которое я надеялся, но, возможно, гораздо более значимое, чем все, что я когда-либо испытывал. Я видел ее раны более отчетливо, чем раньше, и знал, что это то, что ей нужно. Время.
Поэтому, что бы ни случилось в будущем, я найду способ быть рядом с ней, я буду тем мужчиной, которым хотел быть, когда был мальчиком. И, может быть, когда-нибудь она поймет, что даже если ей потребуется вечность, чтобы исцелиться, я все равно буду стоять там в конце времен, ожидая, когда она полюбит меня.
***
Прошла напряженная неделя, в течение которой каждый день мы ожидали нападения, которого так и не последовало. Возможно, мы находились в состоянии войны, и люди Шона могли напасть в любой момент, но пока мы ждали, когда он сделает первый шаг, все шло как обычно. И мне пришлось вернуться к работе и добыть столько наличных, сколько я мог, чтобы компенсировать свою ежемесячную долю, плюс убедиться, что в «Загробной Жизни» все не полетело к чертям, пока я жонглировал обязательствами перед «Арлекинами».
Чейз, возможно, и помогал мне, чтобы мне больше не пришлось работать в «Кукольном Домике», но у этой благотворительности были свои пределы, и остальное я, черт возьми, заработаю своим трудом, прямо на сцене моего клуба. Он и сам не мог позволить себе слишком много, а я не собирался подвергать его опасности оказаться не в состоянии внести свою собственную долю.
Сегодня вечером должен был состояться дебют нового шоу моей труппы, и билеты на него были распроданы меньше чем за час. Я достал один для Роуг, когда она попросила прийти и посмотреть, и впервые с тех пор, как я начал танцевать, я немного нервничал перед выступлением. Теперь она была «Арлекином», и Фокс не мог запретить ей выходить из дома, но он также отдал мне прямой приказ не спускать с нее глаз все время. Я ничуть не возражал, потому что в большинстве случаев мне все равно было трудно отвести от нее взгляд. Особенно с тех пор, как мы решили официально стать… кем-то. Мы отказались от ярлыков, но мне не нужно было называть ее своей девушкой, чтобы знать, что она моя. Мы просто жили сегодняшним днем, и пока она была в городе, в моих объятиях и в моей гребаной жизни, я каждый день считал свои чертовы благословения.
Я мчался по дорогам на своем GT в «Загробную Жизнь» с Роуг рядом, и мой телефон начал громко звонить. Я нажал кнопку, чтобы подключить его через Bluetooth, как раз перед тем, как мою машину заполнил панический голос моей мамы.