Ей даже не пришлось врать. Нора испытывала такое чувство, что задохнется, если еще хоть минуту просидит за одним столом с Элиасом.
Вскоре после этого раздался стук в дверь. Но на пороге стояла не Маану, а Манса, которая послушно сделала книксен.
— Мама Адве говорить, я должна помогать миссис. Маану себя чувствовать нехорошо.
Нора задумалась. Должна ли она поверить этому? Накануне Маану показалась ей вполне здоровой. Но, с другой стороны, она ведь не могла знать, что хозяйка запланировала допрос. Возможно, что-то помешало девушке выполнить свою работу, что-то показалось ей более важным настолько, что она решилась проигнорировать требования госпожи. Нора подумала, нужно ли ей настоять на том, чтобы Маану лично явилась сюда, несмотря на то, что у нее появилась маленькая заместительница.
Но затем у миссис Фортнэм возникла идея получше. Сейчас разговор с Маану был не главным. Этой ночью Нора сама сможет защитить Мансу.
— Прекрасно, тогда помоги мне распустить волосы. А затем ты принесешь мне стакан теплого молока из кухни и свою циновку для сна. Я хочу, чтобы ты сегодня осталась здесь и позаботилась обо мне, если будет нужно.
Манса послушно кивнула, а затем с удовольствием принялась за работу. Девочка явно чувствовала свою важность в качестве заместительницы взрослой сестры и старалась, как можно более профессионально обходиться с локонами госпожи и ее одеждой. Нора сидела терпеливо и тихо, хотя малышка, причесывая миссис, несколько раз больно дернула ее за волосы. Однако радостное щебетанье Мансы все возмещало. В противоположность хмурой, особенно в последнее время, Маану, Манса оживленно болтала, и ей почти удалось развеселить свою хозяйку.
На следующее утро, когда солнце осветило комнату, хорошее настроение Мансы почти стерло тени темных подозрений, которые мучили Нору со вчерашнего дня. Не может быть такого, что кто-то только и ждет, чтобы сделать мерзость с этим милым живым ребенком! Это не мог быть нормальный мужчина, такой, как Элиас. В крайнем случае, монстр, чудовище, сумасшедший. Нора ломала себе голову, где может подстерегать девочку такой человек. Она должна обязательно поговорить с Маану.
Однако служанка не явилась на ежедневный «прием» в поселении рабов. Вместо нее снова пришла Манса. Конечно, с ней было намного веселее, однако Нора начала терять терпение. Вернувшись домой, она обратилась к поварихе. У Адвеа был испуганный вид.
— Я знаю, что Маану... Плохая девочка, не исполняет обязанность. Но она плохо себя чувствует, миссис, больна... Она...
Нора покачала головой.
— Адвеа, если бы Маану была больна, то она должна была сегодня сказать мне об этом. Но, судя по всему, она просто не желает исполнять свою работу.
Полевые рабы обязаны были каждое утро являться к своим надсмотрщикам. Лишь подтвержденная Норой болезнь, хоть и с неохотой, признавалась поводом для освобождения от работы. Среди домашних слуг и конюхов правила были не такими строгими, в большинстве случаев их контролировали только Квадво или Адвеа. Если последняя освобождала кого-то из подсобных рабочих на кухне, обычно Нора доверяла ей, ведь повариха тоже разбиралась в уходе за больными. Но дело с Маану все же было подозрительным.
— Она... себя... хм... стесняется. Но завтра она точно будет.
— Она была у баарм мадда? — удивленно спросила Нора.
Аборт? Чего еще можно было стыдиться? Но Маану... Нора за последнее время стала очень восприимчивой к малейшим признакам беременности. Она уже несколько раз вовремя поговорила с чернокожими женщинами, тем самым предотвратив не хорошее. Они больше не решались убивать детей в себе, если хозяйка знала о беременности. Если бы они попались на этом, их ожидало бы жестокое наказание, а плантаторы зачастую уже заранее принимали жестокие меры, чтобы помешать женщинам обратиться к баарм мадда. Все же Нора ни разу не выдала Элиасу ни одну из рабынь. Маану же абсолютно не была похожа на женщину, ожидающую ребенка. Адвеа, однако, усиленно закачала головой, с облегчением хватаясь за этот предлог.
— Да, миссис. Откуда знать, миссис? О, пожалуйста, не говорить баккра, миссис, иначе он прикажет наказать ее плетью. Завтра она будет снова здесь, миссис, точно, миссис...
Нора не поверила ни единому ее слову и заподозрила недоброе, полагая, что исчезновение Маану как-то связано с разговором, который та вела с матерью о Мансе.
— Адвеа, это как-то связано с... Салли? — наконец спросила Нора. — С тем, что с ней случилось? Это связано с Мансой?
Ей стало жутко от мысли, что Маану, возможно, сама отдалась в руки этому чудовищу, чтобы защитить свою маленькую сестру.