Саймон посмотрел ей в глаза.
— Прости меня... — прошептал он.
Нора прижала его голову к своей груди.
— Тебе не за что извиняться, любимый, — прошептала она. — Ты не виноват, что заболел. А сейчас... Я здесь.
Саймон заволновался. Он снова закашлялся и попытался отстраниться от нее.
— Ты не можешь оставаться здесь, Нора! Ты вообще не должна быть здесь, ты должна...
В этот момент открылась дверь, и в комнату зашла худенькая темноволосая девочка. Она принесла кружку с каким-то горько пахнущим варевом. Норе показалось, что это разогретое пиво, может быть, туда добавили какие-то лечебные травы. Она скривилась, но от питья поднимался пар, значит, оно хоть чуть-чуть согреет Саймона.
Девочка робко сделала книксен перед важной гостьей.
— Это прислала мать, — сказала она тихо. — Мальчик Дайери заплатил за это. Я могла бы принести еще густой суп, но мама сказала, это стоит еще один пенни. — Девочка опустила голову. Казалось, ей было стыдно за жадность матери.
Нора уже полезла в кошелек, но затем передумала. Она же была дочерью купца! И пусть речь шла всего лишь о паре пенни, она не должна была позволить миссис Пэддингтон так бессовестно обманывать ее.
— Скажи своей матери, что я прекрасно знаю — Бобби уже заплатил за все, и за еду тоже! — сказала она так твердо, как только могла. — Если она хочет еще один пенни, то должна прислать тебя сюда с двумя одеялами, но с теплыми одеялами, а не с такими тряпками, как эта! — Она указала на потрепанное покрывало, под которым дрожал, пытаясь согреться, Саймон. — Ах да, и подушку тоже пусть принесет!
Девочка кивнула, поставила кружку на стол и ушла вниз, чтобы рассказать матери о требованиях молодой дамы. Выходя из комнаты, Джоан бросила на Нору восхищенный взгляд. Девушка облегченно вздохнула, когда та закрыла за собой дверь.
— Джоан — хороший ребенок, — сказал Саймон тихо, словно упрекая Нору за ее жесткие слова.
Та пожала плечами.
— Зато ее мать — дракон! — заявила она. — Но я уж с ней справлюсь, я...
Саймон слабо улыбнулся.
— Дракона должен убить принц... — мягко напомнил он.
Нора закатила глаза.
— Завтра, любимый, завтра ты снесешь голову дракону. Но сначала ты должен избавиться от кашля. А это тебе удастся, только если здесь будет тепло и сухо и этот дракон перестанет морить тебя голодом. А теперь выпей...
Нора отправилась на поиски чашки или стакана и, в конце концов, нашла надбитую миску из глины. Она налила туда чуть-чуть горячего пива и протянула Саймону, но он дрожал слишком сильно, чтобы удержать миску. Нора помогла ему поднести ее ко р гу и обхватила его руки своими, чтобы согреть их.
— Надо было, наверное, заказать рома, — пробормотала она.
Саймон пил жадно, и, казалось, ему тут же стало легче.
— Тебе нельзя оставаться здесь! — повторил он.
Нора скорчила рожицу, словно непослушная маленькая девочка. Затем улыбнулась.
— Попробуй воспрепятствовать мне, — с воинственным видом заявила она.
Саймон с трудом приподнялся.
— Нора, тебе нельзя оставаться в одной комнате с мужчиной. Это разрушит твою репутацию... это... — Он обессиленно упал обратно на постель.
— Мне это все равно, — коротко сказала Нора. — Наоборот, мне это подходит как нельзя лучше. Мой отец уехал по делам. А когда он вернется, половина города будет знать, что маленькая Нора Рид удрала со своим любимым. Тогда ему придется либо отречься от меня, либо устроить свадьбу. Поверь мне, он предпочтет последнее.
Саймон отрицательно покачал головой.
— Ты уже ошиблась однажды, — напомнил он тихо. — Нора, все то, что он сказал мне... Он никогда не согласится, никогда... и... Он ведь прав.
Нора хотела снова обнять его, но он отвернулся. Малейшее усилие вызывало у него новый приступ кашля.
— Он полностью прав, Нора, я никогда не смогу предложить тебе жизнь, достойную твоего положения. А сейчас... Нора, это не безобидная простуда, слишком долго это продолжается. Это...
Саймон не произнес этого слова, однако Нора тоже знала признаки чахотки. Даже в самых благополучных кругах общества люди умирали от нее. А здесь, на узких улицах Ист-Энда, эта зараза была обычным делом.