Несколько раз на объект наведывался дядя Миша. Иногда вместе с каким-то молодым человеком. Незнакомец не здоровался и не считал нужным сообщать, кто он и откуда. Слушая трескотню дяди Миши, он в основном молчал, но иногда с кислым лицом проверял крепление плинтусов и проводки. Визиты напоминали, что между человеком и плодами рук его есть еще и целая прослойка тех, кого при прежнем режиме называли "паразиты", а теперь возвели в ранг хозяев.
Параллельно с ними внутренней отделкой занимались выходцы из ближнего зарубежья. И из соседних комнат доносилась ставшая привычной на родных просторах тюркская скороговорка. А возле моста по обе стороны речки велось благоустройство подъездных путей. Ведущую от шоссе к берегу дорогу удлинили, значительно уменьшив угол спуска. На стороне Острова от моста до коттеджей проложили широкую грунтовку. В самом узком месте реки, перекинули линию электропередачи. Последним архаичным элементом оставался сделанный руками общиников бревенчатый мост. Но в один день он вдруг исчез, а буквально через сутки старые бетонные опоры обросли металлической конструкцией.
Когда доделывали последний коттедж, на парковке появились дорогие машины. Несколько солидных мужчин и две стильно одетые дамочки, что-то обсуждая, расхаживали по объекту. На еще работающих людей смотрели не то что бы презрительно, а как-то сквозь них. Словно на незначительный элемент интерьера. Праздник труда заканчивался. Мавр сделал свое дело и должен был удалиться.
На этот раз дядя Миша расплатился без проволочек. С начала мая открылись дачные магазины. Финансовое положение общины пошло на поправку. Но значительно прибавилось работы. И Илье пришлось провести реорганизацию. В водовозной службе остался один Николай. Вдобавок его еще и прикрепили к коровнику в подчинение супруге. Сашка отправился в полеводческую бригаду, а вот Наталью, в связи с беременностью, оттуда убрали. Она стала помогать поварихе, а заодно и обучаться кулинарным секретам у Анастасии. Андрей с Давидом остались на положении летучего отряда. Занимались заказами от дяди Миши, ставили ветряки, пилили сухостой, сбывали в коттеджные поселки дрова. Сам Илья время от времени примыкал к их бригаде. Но теперь над ним дамокловым мечом висела сертификация консервного цеха, а еще и скорая перспектива самостоятельной бухгалтерии. А тут еще и Влад опять попросил отпуск.
Женитьба по старинке
Он с трудом представлял, как в этой глуши переживет зиму. Правда, вплоть до середины ноября все мужское население общины с раннего утра до позднего вечера занималось благоустройством. Так что первый снежный месяц Влад просто отдыхал и приходил в себя. Ну а дальше началось. Тоска и скука, необходимость созерцать изо дня в день одни и те же лица, навалились тяжелым гнетом, и он почти физически его ощущал. Но хуже всего было отсутствие женского общества, вернее незамужних молодых женщин, готовых завязать ни к чему не обязывающие отношения с молодым и тоже неженатым человеком. Роман с продавщицей из ближайшего дачного магазина оборвался с окончанием сезона. Когда Влад попробовал навестить зазнобу по месту прописки в районном центре, то чуть было не схлопотал по физиономии от ее постоянного сожителя. Отголоски этих событий дошли до общины и, преломившись в творческой фантазии поварихи, предстали, как роман председателя с продавщицей. Опровергать слухи и рассказывать, как все было на самом деле, Влад не счел нужным.
Чтобы чем-то себя занять, он начал приводить в порядок и систематизировать рабочие записи. Прошедший летний сезон дал хорошую возможность поэкспериментировать с разными почвами и овощными культурами. Благо, что в пределах Острова можно было найти песок, торф и компост, а к началу сентября появился и свежий навоз. Сделав много маленьких грядочек, он добавлял к исходному суглинку в разных пропорциях все эти компоненты и сравнивал урожайность. Вел также записи по общинному полю. Фиксировал все, начиная от производителя семян до погодных условий. Теперь, просматривая материал, видел, что некоторая информация была лишней, а что-то, пожалуй, следовало добавить. Постепенно стал вырисовываться план сельхоз работ и экспериментальных наблюдений на будущий сезон. Однако, он еще не был до конца уверен, что останется здесь будущим летом. Город с постоянными стрессами, суетой, и выхлопным газом, звал к себе, как лесная чаща зовет посаженного в вольер волка, и зов этот не заглушить ни трехразовым питанием, ни теплой конурой.