Закончив разбираться с застежками в брюках одной рукой я направился следом за своим сопровождающим. Видимо его приставили ко мне как к подозрительному типу. Алехандро провел меня на нос корабля где под навесом из паруса сделали временный штаб капитан корабля.
Де Градилье был занят тем, что отдавал приказы плотникам. Мне было интересно послушать его испанскую речь. Она отличалась от той которую я слышал от матросов. Она была четче и словарный запас у него явно был больше. Понимал я от силы каждое десятое слово, но это уже было не плохо.
При нашем появлении капитан приветственно кивнул мне и моему сопровождающему и указал взглядом на лавку рядом со столом. Там уже сидел де Эстабано и какой мужчина в черной мантии. При свете звезд и масляных фонарей он выглядел особо зловеще. Мне не понравилось как он осматривал меня, он буквально просвечивал меня своим взглядом насквозь. Стремный мужик.
– Сеньор Микаил, рад вас видеть в здравии, – произнес де Эстебано. – Это падре Бертран, – представил меня мужчине в мантии он. Судя по недовольному взгляду сам старик был не рад видеть этого самого падре Бертрана.
– Рад с вами познакомиться, сеньор Микаил. Наслышан о вас, – протянул он мне руку для пожатия. Мне ничего не оставалось кроме как пожать ее в ответ.
– Надеюсь хорошего? – усмехнулся я.
– О, поверьте герой спасший корабль, о вас говорят лишь хорошее. – с сарказмом ответил он. Внезапно он резко перевел тему разговора, – Как вы относитесь к учению учителя Добродетеля? – де Эстебано на эти слова лишь возвел глаза к звездам. А вот капитан вмешался в разговор. – Прав ли был учитель Добродетели в своем четвертом постулате?
– Падре, давайте свои теологические диспуты вы будете устраивать позднее когда мы доберемся до порта. Сеньор Микаил не может быть членом Черного культа. Он бы не стал в таком случае нам помогать.
– Капитан, – несколько снисходительно, но с уважение произнес Бертран. – Это не ваша юрисдикция определять кто есть членом Черного Культа, а кто нет. Я не пытаюсь вам указывать как управлять кораблем, а вы не пытайтесь указывать что мне делать. Проклятые хорошо умеют маскироваться.
– Я хорошо отношусь к учениям учителя Добродетели, – ответил я чтобы остановить споры. Если бы я еще знал, что это такое, но судя из контекста это нечто важное было в местной религии. – Я бы хотел больше узнать о нем. Так получилось, что я издалека и там мы не сильно религиозны. Я не знаю подробностей учения.
– Стоит написать священному престолу Всевышнего чтобы обратили внимание на восток. – произнес скорее сам себе падре Бертран, после чего повернулся к капитану. – Вот видишь, он и сам хочет прикоснуться к истинной вере. – произнес падре – В свободное время я буду рад вас ознакомить с постулатами истинной веры в Всевышнего. – это он уже мне ответил, – Не могли бы вы взглянуть на некоторые вещи. – произнес он и достал из мантии несколько предметов. Как мне казалось именно показ вещей и был настоящей целью этого странного священника, а разговор перед этим был лишь прикрытием.
Практически сразу я почувствовал как нечто эфемерное покинуло меня. Я сразу начал переживать и открыл таблицу с параметрами. Мне сразу стало легче, с основными параметрами все было хорошо, а вот в дополнительных исчезла единичка пси энергии из резерва.
Это что же получается я при своих размышлениях как-то задействовал псионику? Но как? Единственное, что приходит мне на ум я смог как-то считать настрой падре. В следующее мгновение перед глазами появилось новое сообщение.
Внимание! Разблокирован начальное умение «Эмпатия 1 ранга». Минимальные затраты на считывание эмоционального настроя – 1 ед. пси энергии в секунду.
Вот теперь становилось понятней. Значит это действительно была эмпатия, но какая-то она слишком прожорливая была. Сейчас моего запаса хватало на семь секунд работы эмпатии и это при том, что восстанавливалась она больше двух суток.
Да даже если бы уже была завершена интеграция псионики полностью все равно затраты пси энергии были очень и очень большими. Честно говоря я надеялся, что псионика будет более полезной что-ли. Но хватит размышлять я и так уже полминуты как молча рассматривал предметы которые достал падре Бертран из кармана в мантии. Это был во-первых мой мобильный телефон, а во-вторых какой-то прибор, стоило к нему присмотреться и перед глазами возникло сообщение:
Самозарядный фонарь производства корпорации «Снаряжение для походов». Заряд 83%.
– Это мое устройство. При его помощи можно слушать музыку и смотреть мультики, а так же проводить математические расчеты. – ответил я указав на свой телефон. – А вот второй предмет это самозарядный фонарь.
– Мультики? – непонимающе спросил падре. Я решил не рассказывать о возможностях звонков и съемке фото и видео. Во-первых я не мог продемонстрировать часть функций, а во-вторых съемка фото и видео могла вновь позволить им заподозрить во мне шпиона. А вот про фонарь он явно и сам знал и показал мне его для проверки моих знаний.
– Давайте я вам покажу. – произнес я и взяв в руки телефон включил его. – У него осталось мало заряда и я не знаю как его зарядить без дополнительного устройства.
– Вот этого? – достал он мой повербанк с кабелем. Видимо все мои вещи были у этого представителя церкви. Остальные сидящие за столом с интересом смотрели на мои действия. Им явно было интересно увидеть, что я собираюсь сделать.
– Да, но вот это просто дополнительная батарея. Даже с ней больше двух-трех суток работы не обеспечить. – произнес я подключив свой телефон к повербанку. Заигравшая музыка при включении заставила вздрогнуть всех кроме капитана и Бертрана. – Вот это называется мультик, – произнес я включив четвертый сезон Рика и Морти. Как раз собирался посмотреть во время перелета в Грецию. – Рисованные подвижные картинки.
– Вы понимаете язык на котором они говорят? – спросил с интересом де Эстебано.
– Да, – ответил я честно. – Это придуманная история о гениальном ученом и его глупом внуке.
– Сеньор Микаил, нам надо будет обсудить это. Вы знаете один из языков древних. Это невероятно, – загорелись глаза старика.
– Не стоит спешить, – остановил де Эстебано падре. – Надо проверить нету ли там ереси.
– Падре, это одна из говорящих машин Древних. Еще Гильярмо Акватерис доказал, что в них нет ереси, – начал возмущаться де Эстебано.
– Вот когда я буду уверен в этом тогда и дам разрешение на изучение. Вы говорили о математических расчетах? – спросил у меня он.
– Да, тут можно проводить довольно сложные математические расчеты. – ответил я и включил инженерный калькулятор в телефоне после чего показал его падре.
– Это может очень упростить расчеты маршрута. – сразу произнес де Градильо.
– Может, – признал падре. – Прошу выключить устройство и вернуть его мне. После возвращения в Сан-Кристабаль-де-Миунго все будет передано на изучение в соответствующее подразделение Церкви. Если ересь не будет обнаружена ваши вещи вам вернут. – твердо произнес Бертран, забирая себе мой телефон и вновь пряча в карманы мантии. Де Эстебано начал возмущаться ссылаясь на какие-то прецеденты, но падре Бертран словно не слышал его слов и обратился к капитану. – Капитан, я возвращаюсь к себе на корабль. После восстановления хода корабля я ожидаю, что сеньор Микаил прибудет ко мне для того чтобы приобщиться к истинной вере. – после этого падре встал и направился к трапу опущенному с правого борта. За ним сразу направилось трое мужчин с военной выправкой которых я даже и не замечал до этого.
– Приношу извинения за поведение падре Бертрана. Он сильно пострадал во время войны раскола. – произнес за церковника извинение де Градилье. – У вас наверное много вопросов?
– Я же вижу, сейчас не время для них, – кивнул я на работы по восстановлению корабля.
– Вы правы, но сейчас у нас как раз перерыв на ранний завтрак, – ухмыльнулся капитан. – Вы любите ром?