– Тихо! – бросила Кейт.
Элли обратилась в слух.
– Что такое?
– Это похоже на чаек, – заметил Сиф. – Или… кто-то плачет?
У Кейт побелели губы.
– Это не кто-то один плачет.
Она подбежала к окну и высунула наружу голову. Теперь Элли слышала куда отчётливее – гул стенающей толпы, как на похоронах.
– Это со стороны ферм, – сказала Кейт. Она схватила со стула свой голубой плащ, чтобы прикрыть упелянд, и, накинув на головной убор капюшон, выскочила из комнаты. Сиф с Элли обменялись встревоженными взглядами и поспешили следом вниз по лестнице и за дворцовые ворота.
Гул стенаний звучал даже громче на улицах, перекатываясь между зданиями, будто стая раненых птиц. Кейт неслась впереди, Элли отставала, тяжело опираясь на свою трость. Переулки кишели привлечённым криками людом.
– Держись поближе ко мне, – попросил Сиф – перед ним толпа расступалась. Элли пыталась разглядеть над стеной плеч, что именно производит этот жуткий звук. Наконец перед ними простёрся западный берег острова.
То, что прежде было сияющей на солнце цветущей землёй, стало теперь зловонным болотом. Некогда золотые поля пшеницы сделались цвета ржавчины, а зелёная чаща кукурузы и сахарного тростника выцвела до гнойно-жёлтого. Лужи молочно-белой воды разлились у стеблей поникших растений, воздух был полон кислой уксусной вони. Элли зажала ладонью рот, чувствуя накатывающую тошноту – то ли от запаха, то ли от шока, она не могла сказать.
Они нашли Кейт, поникшую на земле в облепленном глиной плаще. Толпа прибывала, расползаясь по краю поля.
– Упаси нас! – вскричал какой-то мужчина.
Рядом с Элли женщина непрестанно бормотала себе под нос:
– Она убережёт.
Землепашцы в отчаянии стояли на коленях в комковатой земле, друзья осторожно пробирались через топь, чтобы утешить их.
– Элли, Сиф!
Виола протиснулась сквозь толпу, по пятам за ней поспешал Молворт.
– Королева сохрани! – взвизгнул он, увидев поля.
– Что за?.. – начала и не договорила Виола, бережно прижимая Арчибальда к груди. – Как это произошло?
Элли помогла Кейт шатко подняться на ноги. Руки её дрожали.
Один из разбрызгивателей удобрений неподалёку с шипением исторг облако зеленоватого пара, и уксусный запах усилился. Элли принюхалась.
– Это не моё удобрение, – сказала она. – Кто-то заменил его на что-то другое. Кто мог такое сделать?
Глаза Кейт остекленели.
– Он.
– ДРУЗЬЯ МОИ!
Голос прозвенел звонко, как трубный клич. Лорен стоял над людской толпой на шаткой платформе, похоже спешно сооружённой для этой самой цели. Он был одет в чёрный упелянд.
– Друзья мои, – повторил он, и толпа смолкла. – Скорбите со мной! Какая страшная трагедия постигла наш остров. Наши посевы пожухли и погибли. Скорбите со мной!
Он оглядел одно за другим запрокинутые к нему несчастные лица, и рыдания пронизали воздух. Элли прищурилась. Щёки Лорена были залиты водой, но вокруг глаз кожа ничуть не покраснела, как бывает от слёз.
– Боюсь, мои друзья, я знаю, почему это произошло. Я имею счастье быть близким другом Королевы. Я говорил ей, как глупо доверять непроверенному «изобретателю» будущность острова. Ребёнку.
– Это была твоя идея! – прошипела Кейт. – Ты привёл её ко мне!
– А теперь, по нечаянности или по злому умыслу, эта девочка отравила наши поля, и все мы страдаем.
Элли застыла, пригвождённая к месту. Она ойкнула, когда Кейт резко дёрнула её к себе, стягивая с неё новое пальто.
– Что ты делаешь?
– Никто не должен тебя узнать, – пробормотала она, перебросив пальто Молворту. – Спрячь это. Нам надо уходить, и немедленно.
Виола начала проталкиваться обратно сквозь толпу.
– С дороги! Пропусти! Дженскис, подвинь своего переростка-сынка, – бурчала она. Элли старалась, проходя мимо, ни с кем не встречаться глазами.
– Но, друзья, – продолжал Лорен, – не будем чрезмерно сурово осуждать Нашу Божественную Королеву за этот ужасающий просчёт. Она поступила так, полагая это правильным для своего народа. Воздадим Ей хвалу!
– ВОЗДАДИМ ЕЙ ХВАЛУ! – взревела эхом толпа, брызжа в воздух слюной.
– А теперь, друзья, – продолжал Лорен. – Я, как покорный слуга Её Божественного Величества, спрашиваю вас – доверяете ли вы мне?
– ДА!
– Тогда знайте, что я отвращу этот голод. Я попрошу Королеву отринуть эти опасные эксперименты. Но прежде того я со всей поспешностью доставлю на наш остров зерно, чтобы никто не остался голодным!
Аплодисменты грянули взрывной волной, и толпа подхватила клич «ЛОРЕН, ЛОРЕН, ЛОРЕН!». Он выжидал, пока все стихнут, с улыбкой глядя вокруг.