Небольшое озеро лежало перед ним. На другом берегу поднимался старый, полуразрушенный дом – луна светила в пустые проёмы окон. Были еще какие-то домики, вроде турбазовских. Возле одного из них тускло горел фонарь. Людей видно не было. Зато на глади воды отчётливо виднелась голова плывущей девочки.
—Настя!
Раздеться было делом одной секунды. Он бросился в воду, не думая – ни какое здесь дно, ни какая глубина. Только не потерять её из виду! Он видел её голову, и широкими взмахами грёб туда. А она спешила, спешила добраться до того островка, который был уже прямо перед ней. И добралась ведь первая, негодяйка!
— Сюда! – услышал он её полуоклик-полушёпот, — Колька-а-а…
Настя выбралась на берег, пригнувшись, отбежала куда-то вглубь, хотя и бежать-то на этом островке было некуда, и уже оттуда донёсся её голосок:
— Идите сюда!
Когда Дэн, задыхаясь, выбрался на берег, кинулся вперёд, протянув руки, и правой вдруг цепкой схватил то, что было её плечом, он крепко встряхнул её:
— Ты что творишь?!
— Вот он, наш папоротник, — сказала она, поглаживая ладошкой что-то на земле
Из кладоискательских инструментов у неё был с собой только небольшая лопатка, с помощью которой бабушка пересаживала комнатные цветы. А Колька, оказывается, запасся ножом. Дэн ни на какой такой экстрим не рассчитывал, поэтому у него не было ничего.
- Вот эти досточки нужно аккуратно поднять, — сказала Настя после того, как рассказ её был окончен.
— И что ты, думаешь, там будет?
— Досточки, под ними косточки, – шёпотом пропел Колька, и тут же Настя сердито стукнула его по плечу.
— Дурак! А вдруг здесь вправду собака?
— Ну и что? Она же уже не собака, а так сказать — исторический факт.
— Всё равно я боюсь.
— Ну, отойди, я сам, – и Колька полез было раскапывать.
— Нет, — сказала Настя, и впервые Колька увидел, как тонкая морщинка обозначилась на её лбу, — Это она мне велела.
Она раскрыла перочинный нож и несколько секунд помедлила. А потом решительно вонзила его в землю.
Дощечки глубоко вошли в землю, и непросто было вывернуть их.
— Разреши, — сказал Дэн. Они с Настей посмотрели друг другу в глаза, — Как только… Я тебе сразу уступлю.
Она протянула ему нож, но он взял её лопатку. И хотя слежавшейся была тут земля, ему она поддалась. А дальше была земля, только земля…
Они стучались к тому, что ушло в землю.
— Эх, металлоискатель бы, — вздохнул Колька.
Настя не отвечала, она молча отгребала землю, уже до локтей в неё зарылась.
— Погоди…вот!
Дэн тенью отодвинулся в сторону.
Настя запустила руки в яму, будто готовилась нырять в неё. Сморщилась с усилием. И вынула что-то, такое же грязное, как её руки. Ткань, превратившаяся уже в лохмотья.
Они торопливо развернули маленький свёрточек.
— У…— сказал Колька разочаровано, — Фигня какая-то.
Настя держала на ладони фигурку фарфоровой собачки — бульдог со смешной квадратной мордочкой . Она смотрела на него с нежностью – вот ты каким был, Шенк…
— Но там же сказано про то, что он что-то расскажет. Давай дальше рыть,— сказал Колька.
Они тщетно возились ещё полчаса, но ничего, кроме земли и нескольких камешков, им не попалось.
Или лежало всё слишком глубоко, или они неверно истолковали слова Веры.
— Подожди, — сказала Настя, — С Шенка всё время земля сыпется. Видишь, тут дырочка, и вот грязь набилась. Сейчас я вытряхну…. Ой, что это…Ой-ёё…
У неё на ладони лежал камушек, сверкающий в свете луны..
— Да, — сказала Настя благоговейно, — Как звезда. Так вот, что Шенк берег.
К звёздному камушку была прикреплена цепочка. Можно носить на шее.
— Слеза бога, – тихо сказала Настя.
Когда она подняла глаза на Дэна, они у неё сияли – куда там этому алмазу.
—Только не говори никому, — вдруг сказал Колька, — Пока ещё не время.
**