Настя возвращается домой к тому часу, когда многие городские дети только отрывают головы от подушки. В руках у неё свёрнутый кулёчком лопух, доверху полный земляники. Настя уже пару раз выкупалась, и теперь самое время садиться за стол и завтракать.
Но бабушка сегодня рассеянная. Она накладывает Насте пшённую кашу, и даже не отмечает, что девочка слишком щедро посыпала её сахаром. Себе бабушка наливает только чашку чёрного кофе, но не спешит его пить. Подперев ладонью щёку, смотрит и смотрит в окно. Там начинается дождь, и Туман чуть слышно подвизгивает с той стороны двери, намекая, что не худо бы его и впустить. Он очень любит уют, и не раз засыпал в дождливые дни, свернувшись возле юной хозяйки в кресле.
Бабушка и Тумана не услышала. Настя встала, прошлёпала по веранде и распахнула двери в дождливый сад, вздрагивающий и трепещущий каждым листком.
— Что ты? — спросила она бабушку, — голова болит?
У бабушки нередко болит голова, и Настя знает, что от этой напасти быстро помогают такие длинные зелёные таблетки, похожие на конфеты. Может быть, таблетки кончились? Тогда она сбегает за ними, купит. Ну и что, что дождь…
— Девочка моя, ты знаешь, что такое оптимизация? — спросила бабушка.
Если бабушка начинала говорить длинными непонятными словами – это верный признак того, что она погружена в свои мысли. Говорит не столько с Настей, сколько сама с собой.
— Мне сегодня с утра позвонила директор школы, — сказала бабушка теперь уже точно для Насти, — и велела прийти для важного разговора.
Настя невольно сжалась. Она перешла во второй класс. Училась на «хорошо» и «отлично», но ведь взрослые, если захотят, всегда найдут к чему придраться. Колька? Может быть, он что-то натворил? Директорша Татьяна Осиповна знает, что он вечно толчётся у них в доме – может, она хочет, чтобы бабушка на Кольку повлияла в лучшую сторону? Настя задумалась о том, что мог Колька натворить – и не могла придумать. Обычно они «вытворяли» всегда вместе.
— Нашей школы больше не будет, — так же задумчиво, будто для себя самой сказала бабушка, — Её оп-ти-ми-зи-ру-ют. Невыгодно государству содержать школу, когда в классах по четыре-пять ребят. Вас всех будут теперь возить автобусом в Кошкино.
Настя приоткрыла рот. Не будет школы? Она вскочила, чтобы бежать к Кольке с этой новостью.
— Да подожди ты, — бабушка удержала её уже за рукав, — Работы ведь у меня тоже теперь не будет…
Бабушка вспомнила Татьяну Осиповну — моложавую, весёлую. Как она, покачивая на пальце очки, старалась смягчить удар, и улыбкой, и многословием, в котором тонула, растекалась злая весть. Она знала, что бабушка пришла в эту школу, когда та была ещё новенькой, «красавицей». Вместе с ребятами отмывала от разводов побелки окна. Вместе с ними закладывала школьный сад, который теперь каждую весну тонет в сирени, а в августе тут сладко пахнет яблоками и грушами. Бабушка с учениками придумали нарисовать иллюстрации к любимым книгам, и эти картины всё множились с каждым годом, выплеснулись уже из класса на стены коридора, докатились волной до учительской. Серёжка Логинов – мальчик с золотыми руками – выточил у бабушкиного учительского стола ножки, «как в 19 веке». Среди бабушкиных выучеников каждый год были победители районных и областных олимпиад, и кто-то непременно поступал на филфак, и кто-то обязательно приезжал к бабушке 15 августа, в её день рождения.
— Вы же понимаете, Варвара Ивановна, — говорила директор, — Ту девочку, литератора в Кошкинской школе, уволить не могут. Она только что вышла из декрета, маленький ребёнок – семья на её зарплате и держится. Может, найдутся какие-то часы для вас… Будете ездить с ребятами.
Татьяна Осиповна сделала паузу:
— Если только вас не соблазнит такое вот предложение. В Малом Опалёво…
Бабушка глядела недоумённо. Если их село перебивалось, то Малое Опалёво и вовсе исчезало. Как деревня исчезало. Несколько стариков, которых некому было забрать, коротали там зимы. Зато весной наезжали дачники, обновляя свои особняки, местную «Рублёвку». Что там делать, в Опалёво? Какому-нибудь богатенькому лоботрясу родители на лето затеяли нанять репетитора?
— Правда с детьми это совсем не связано, — опровергла не высказанное вслух Татьяна Осиповна, — У одного моего знакомого теперь там постоянно будет жить младший брат. Он человек больной. Какая-то там, кажется, травма. В общем, то коляска, то костыли, как-то так… Сегодня хуже, завтра лучше… ну вот там и надо – помочь, приготовить, постирать…