— Теперь начнут нам угрожать и кнутом, и пряником, — кричал Демьяныч.
— Прогнать бы на хрен американца…
— Только и всего. Для кого-то наш остров- непотопляемый…,нет, не авианосец. Непотопляемый крейсер. Даже миноносец.
— Очень даже потопляемый, — Кент высунулся из будки, одной рукой держась за штурвал. — Для нас все это стало похоже на тонущий корабль, джентльмены, — кричал он. Огибая стоящий у берега линкор, Кент немного сбросил газ, двигатель застонал, успокаиваясь. Отвернувшись, Мамонт допил бренди из найденной на берегу маленькой стеклянной фляжки.
— А если дырку ему в борту сделать? — послышался голос Чукигека. Он сидел на борту, поочередно опуская ноги в двигающуюся воду. — Или бочонок с порохом?..
— В башке дырка у тебя, — остановил его Демьяныч. — Героин! Воспитали в своем коллективе.
— Интересно, а были здесь раньше пираты, — не унимался Чукигек.
— Будут. Скоро!
— А может были и сокровища здесь оставили.
— Точно, потопить бы на хер американа, — Сидящий на носу и по привычке прячущий в горсти окурок сигары, Пенелоп похмельно скривился, заросший, почерневший, будто закопченный. — Точно бы дырку сделать… Только чем? Бумерангом?
— Я и говорю, — продолжал Чукигек. — Подкрасться ночью и гранатами закидать. Где вот оружия взять?
— Спроси что полегче, — почему-то отозвался на это Мамонт. Он почувствовал, что опять немного опьянел. Голова стала легче, невесомее. — Наполеон говорил, что для войны нужны три вещи… Деньги, деньги и еще деньги.
— У тебя деньги есть?
— Может и есть. Не знаю.
— А ведь неохота отсюда уезжать, — крикнул кто-то.
— Так и выгонят в шею. Маленький остров пожалели для бедняков, жлобы, — доносился из будки голос Кента. — Сходить, посмотреть на буржуинов?
— Иди без нас, — крикнул ему Мамонт. — Ты же всегда в капджунгли стремился. В мир чистогана… Теперь недалеко, — проворчал он.
На берегу появились сваленные доски и бревна, какие-то сооружения, может быть, действительно, лесопилка. Земля Аркадия. Из воды торчали, недавно забитые, сваи. Мехплот уверенно шел на них. Звук двигателя опять стал постепенно стихать, в будке подозрительно молчали.
— Заснул? — Пенелоп забарабанил в дощатую стену кулаком. — Заснул, говорю!? И этот по берегу решил проехать. Глуши, глуши мотор, лошак!
Высунулся Кент, с изумлением глядя на мир вокруг:
— Чего стучишь? Ты мне не приказывай, тоже, приказчик. С вами точно не доедешь, пиздюки. Так и утонешь возле берега, погибнешь платонической смертью.
Мехплот плавно повернул перед сваями и медленно двинулся к берегу. Совсем вылезший из будки Кент одной рукой крутил штурвал. — Видали как надо, — орал он.
— Это значит аркашкино скромное имущество?
— Нескромное совсем, — На ходу Мамонт ощупал претенциозный фонарь на коротком железном столбе: лампы внутри не было. Фонарь, конечно, не мог гореть здесь, где не было электричества. Может был рассчитан на будущий прогресс или просто стоял так, для красоты. Эта часть острова постоянно менялась: посещал ли его Мамонт через месяц или через два дня.
— Целый коммунизм тут Аркашка учудил, — На берег спрыгнул Пенелоп в засученных штанах.
— Крикетный стадион он начал строить, — продолжал кто-то. — Для городских курортников.
— Крикет. Это что за игра?
— Хер его знает. Наверное, кто громче крикнет.
— Ну, вот сейчас и поиграем.
— Он картинки рисует, каким остров должен стать, — сказал кто-то. Мамонт видел один такой рисунок, выведенный неумело, но старательно. На нем — парки, с дорожками и фонтанами, больше похожими на гигантские, до неба, деревья. С гуляющими людьми; один человечек был плохо стерт резинкой, его Мамонт еще обозвал призраком коммунизма.
Невдалеке мизантропы окружили кого-то, сидящего под пляжным грибком.
— Пидорки у них, как у поваров, — Пенелоп, кажется, разглядел этого кого-то раньше Мамонта. — Моряки, бля.
Под грибком обнаружился небольшой пузатый старик в американской форме и белой морской шапочке. Мизантропы стояли, в упор рассматривая его.
— Вот он, самый непосредственный оскал империализма… — пробормотал Мамонт. — Hay oldman! — издали крикнул он.
— Физкультпривет, — вякнул кто-то.
— Я тоже знаю по-английски, — ожил, молча стоящий, Кент. — Гудбай, виски, пенис… А как будет по-английски "мудак"? Скажи, скажи ему…