— Для начала — выпить. Раз уж кувшин всё равно открыт, и вы его сюда притащили.
Первый
Да-а-а!.. Вот такого они не ожидали! Не знаю, как у сержанта, а у его напарника едва челюсть не отвалилась. Совсем. И глаза стали несчастные-несчастные!.. Интересно, как у него со здоровьем? А то ещё схлопочет сейчас инфаркт или инсульт, а нам потом доказывать, что это он сам, а не мы колданули… В общем, пришлось успокаивать дальше:
— Да не дёргайтесь вы так! Вино не отравлено.
Ой! А вот об этом они сами не подумали!.. Н-да… Похоже, что и не поверили… Надо будет побольше узнать на предмет здешних ядов и противоядий. На всякий случай. Вдруг ещё раз так 'пошутить' придётся. А сейчас…
— Если самим не хочется, то хоть мне налейте…
Кажется, начинает отпускать. Вояка наконец-то прикрыл рот и уставился на командира. Потом очень медленно, поглядывая на нашу правую руку (хм, 'поглядывая', от желания видеть одновременно и нас, и стоящие на палубе кружки у него чуть глаза не разъехались), всё же набулькал по чуть-чуть. После чего так же медленно и осторожно пододвинул одну посудину поближе к нам, а другую — к Крюку. И застыл. Ну, не хотите — дело ваше. Мы не торопясь взяли свою кружку левой рукой и сделали пару глотков.
Всё же молодец этот Харгус, сделал правильные выводы. То, что мы пили на посиделках с Хиррашем и Гулоном, сейчас не полезло бы. А это — нормально пошло… Мягенько так… Тут, похоже, и Крюк пришёл к какому-то решению, потому что тоже немного отхлебнул. И замер… Ждёт, когда яд подействует? О том, что мы из этого же кувшина некоторое время назад в каюте вместе на душу принимали, уже забыл? Или что?… Чёрт! Не люблю я переговоры! Не дипломат!.. Партнёр, может, ты сам?… Хорошо подумал? Хуже будет!.. Как скажешь…
— Так что вы хотели узнать?
Бенус Гориедис (Крюк)
Всё. Это проигрыш в чистом виде. Теперь его даже убивать нельзя. Во всяком случае — не на корабле. Наверняка ведь как-то подстраховался! И если не доплывёт до Северного… Интересно, Хирраш об этом знал?… Вряд ли. Если бы знал, сказал обязательно… А может, он сам?… Да нет! Тогда бы нас давно уже… Уже — что? Сволокли в подвалы?… Тьма! А не много ли мы о себе думаем?… Кому мы нужны, а? Два-три десятка сержантов, капралов и рядовых… Угроза безопасности Империи!.. Гоблины обсмеются… Хирраш… А ведь он возражал… Догадывался?… О чём? Что этот… этот нас как сопляков сделает?… Молчун гоблов. Когда надо, слова от него лишнего не добьёшься. Только смотрит и скалится. И ушами дёргает… Что он такого сумел рассмотреть в этом?… А ведь сумел же!.. И не сказал… А этому — намекнул… Там, на пристани. И этот сделал выводы. Умный… И с выдержкой у него… Я бы на его месте давно уже капитану про бунт рассказывал. И про два трупа. А он сидит пьёт… Меч, правда, не отпускает, но это понятно…
Меч… Он его уже на острове от торгаша получил. А торгаш тут же прибежал в часовню… И каждый день стал ходить… Инквизитор?… Если да, то понятно, почему мы ему не интересны. Пока к Тьме не повернёмся… И что он может и правда быть старше, чем выглядит. Маги такого не умеют, а вот Храм… Совсем не интересны?… Если ему приказали работать тихо, то в последнюю очередь он будет искать поддержку у жрецов. А поддержка эта может понадобиться. Особенно на острове… Значит, ему надо с нами договориться… А нам это надо?… И что это будет за договор? Между нами и им или между нами и Инквизицией?… Вот же гоблова задница! Как ни крути, а придётся разговаривать…
Взгляд со стороны
Капрал выжидательно смотрел на сержанта, сержант напряжённо о чём-то думал, а штатский, посмеиваясь про себя, редкими мелкими глотками пил из кружки. Пауза затягивалась. Наконец Крюк поднял голову, глянул на подчинённого и резко мотнул головой в сторону кормы. Тот, ни слова не говоря, поднялся и собрался уходить, но был остановлен насмешливыми словами Казуса:
— Вина-то хоть выпей… А то как-то не по-человечески получается… И вообще, как можно о чём-то договариваться без капли доверия?
Легионер постоял немного, потом с каким-то обречённым видом нагнулся, взял кружку и залпом её осушил, после чего ушёл не оглядываясь.