С явным трудом проглотив услышанное, полусотенный задал следующий вопрос:
— А другой способ?
— Сам придумал. Если хочешь, потом покажу. Только сначала хотелось бы разобраться с этим… — и мы сунули ему под нос уже имеющийся образец.
Второй
К вечеру мы называли друг друга сокращёнными именами и время от времени переходили на не связанные с магией темы. Кир пытался уговорить нас вступить в легион, обещая похлопотать о переводе в Особую, а мы отнекивались, мотивируя наше нежелание любовью к свободе и неуживчивостью с начальниками любого рода. В качестве примера приводили здешнего интенданта, намекая на его скорую и далеко не лёгкую смерть. Маг ненадолго умолкал, придумывал дополнительные аргументы 'за' и начинал по новой. Мы же, в свою очередь, интересовались историей его службы и, по выражению партнёра, охреневали от услышанного.
Особая на самом деле сидела в дерьме в полный рост. И началось это сравнительно недавно — около года назад. Они тогда базировались на форт Крысы — к северо-востоку от столицы, почти в центре острова — вместе с обычной линейной сотней. Бегали по окрестностям, уточняли карты, зачищали небольшие захоронения… Идиллия. А в один 'прекрасный' день появился неприятный тип с такими же мёртвыми глазами, как у нас, в сопровождении молоденького жреца и грозной бумаги, в которой предписывалось оказывать представителям Храма всяческое содействие. Просидели они в форте дня три, потом взяли двоих из Особой, два десятка легионеров в качестве охраны и отправились куда-то на север…
Вернулись через месяц. Вдвоём. Тип и жрец. На вопросы, куда делись остальные, сначала несли какую-то ахинею про зверьё, нежить, разбойников, а потом опять достали свою бумагу и просто приказали заткнуться. Старый Гуль, которому всё это очень сильно не понравилось, втайне от всех, даже от коменданта форта, отправил на север двух лучших следопытов, которые, вернувшись через три дня, сообщили о телах товарищей, найденных под кучей камней с перерезанными глотками. К счастью для 'гостей', они успели выехать в столицу…
Примерно через неделю после возвращения следопытов Особую перевели в Северный. Да и стоявшую вместе с ними сотню раздёргали по другим местам, полностью сменив состав, командира же отправили в Прибрежный. И ещё начались проблемы с пополнением. Вот так! Вроде и ответы получили, и вопросов при этом добавилось… В первую очередь — почему зеленошкурый так с нами носится, если мы ему того типа напомнили? А ведь напомнили, к жрецам не ходи…
Двое
— Партнёр, тебе ничего не кажется странным?
— Хм-м-м?
— Отношение Гуля к нам.
— Помнишь, я тебе говорил, что он нас с навозом съест и не подавится?
— Но ведь не съел же?
— Это только потому, что в сказки давно не верит… Думал я над этим… Тут есть вариант, что он считает нас либо кем-то вроде проснувшегося древнего, либо кем-то, в ком проснулась память древнего… И не просто проснулась, а захватила тело.
— Это сейчас!.. А раньше?
— Ну… Раньше он, скорее всего, просто не хотел терять нас из виду. Будь мы трижды инквизиторами, пока есть возможность получать с нашей помощью какую-то информацию, терять её просто глупо. Особенно если учесть его личные счёты с этой организацией.
— То есть ты думаешь…
— Думаю, что если бы в том форте год назад был ты, мы бы ещё в первый день до утра не дожили. А так… Держа нас при себе, можно определить круг интересов и возможные дальнейшие планы. А уже потом — думать. Может быть, слить информацию армейской разведке. Наверняка у него там знакомые есть… Знаешь, мне это не нравится: год назад происходит какое-то непонятное путешествие в малонаселённый район. Полгода назад — резко активизируется всякая хрень. И эта хрень начинает выдавливать со своей территории всякую живность. Тёмные явно готовят восстание… точнее, готовили, надеюсь. А единственный на такую большую провинцию легион, даже в полном составе неспособный справиться с какими-либо масштабными неприятностями, кем-то старательно приводится в окончательную негодность. И этот кто-то явно имеет влияние на высшее командование… Ничего не напоминает?