18. Повелитель огня.
Мы решили, что все же будет правильней устроить лагерь с той стороны, где из воды торчал самолет. Потому обойдя остров по берегу, заодно поняв на сколько он большой, мы перетащили свои спасательные пожитки на другой берег и побросали в тени пальм.
Потом мы натаскали побольше опавших сухих листьев, веток, коры и всего, что по нашему мнению могло загореться. Мили нашла какой-то сухой пористый, как губка, мох и мы сложили все это добро в форме горки.
Теперь это надо было как-то поджечь.
-Трение,- сказала Мили и принесла из пальмовой рощи две твёрдые но совершенно сухие палки.
Я развел руками и сказал, что в теории понимаю,- как это делать, но только в теории.
-Хойя мне показывал как-то... Но не уверена, что у меня получиться... Это надо делать быстро и сильно...
Мы вставили одну палку в другую и я изо всех сил стал их тереть. Результата не было.
-Сильнее! Сильнее! - подгоняла меня Мили, но от ее криков лучше у меня не получалось. Огонь не разгорался.
В конце концов, стерев руки почти в кровь я отшвырнул палочки в стороны.
Отчаяние снова взяло верх.
-Ничего не получиться! Мы сдохнем здесь! Не понимаю, зачем ты изображаешь уверенность в себе!
Сейчас, когда уже прошло время и я вспоминаю о наших первых днях на острове, мне ужасно стыдно за то, как я себя вел. Меня мотало от безудержной страсти до откровенных истерик, так, как будто я был дамой определенного возраста. Как Мили терпела это?! Не понимаю...
Посмотрев на меня с очень недовольные видом, она встала и прошла немного вперед в сторону пальмовой рощи. Я заметил, как она сжала кулаки, явно пытаясь сдерживаться.
-Знаешь, что...- сказала она, не поворачиваясь, - я иду собирать листья и устраиваться на ночь. Если тебе хочется поорать, ты всегда можешь пойти на другой берег.
И так же не глядя на меня она скрылась за стройными стволами.
Я со всех сил ударил руками по песку.
Ярость сменила отчаяние и мне захотелось что-то сломать.
Прав тот, кто говорит, что мужчины все же разрушители, чем созидатели. Стоит мне немного понервничать, как в стены летят вазы, пепельницы, предметы декора, ценность которых для меня лично в возможности разрушения и проявляется...
А в той ситуации мне хотелось пол мира переломать!
За что?! Зачем?! И когда это все закончиться?!
Сколько времени надо этим спасателям, чтобы найти нас здесь? И как вообще они нас найдут? Откуда они могут знать, что мы остались живы? Миллион вопросов крутился у меня в голове. Не находя на них ответы, я в еще большей ярости снова схватил эти сухие палки и стал с новой силой тереть их друг об друга.
-Кто вообще сказал, что это поможет?- проорал я в сторону куда ушла Мили, но она не ответила мне.
Я повернул голову и все тер и тер.
И вдруг сухой мох задымился, и еще через секунду занялся быстрым пламенем.
-А! Ааа! Огонь! - закричал я,- инстинктивно откидывав от себя загоравшиеся от мха палки,- Мили! Получилось!
Из рощи теряя на бегу листья выскочила моя несчастная спутница.
Она кинулась поближе к горящим палкам и стала подкидывать побольше сухих веток и листьев.
Все это хозяйство весело занялось и уже совсем скоро костер разгорелся на славу.
Она обхватила меня за шею и крепко-крепко поцеловала в щеку.
Честно говоря, я чуть не взорвался от гордости.
Мне доводилось получать призы: лучший актер, лучшие фильм, people’s choice все такое прочее... Я гордился своими наградами и все ждал новых. Но этот поцелуй, в этой ситуации... Это значит, что я могу что-то кроме того, что позировать перед объективами. Я добыл огонь!