Припадки с потерей сознания случались с ним все чаще, и он, идя на дело, каждый раз просил свою бандитскую фортуну сделать так, чтобы в самый решающий момент болезнь не свалила его в беспамятстве.
Однажды он получил заказ от абсолютно надежных людей, с которыми не раз и не два имел дело. Но клиент был уж больно заметной фигурой – начальник финуправления МВД РФ генерал-лейтенант Петр Анатольевич Удачник. Следовательно, искать убийцу будут серьезно, и Марк решил инсценировать смерть от сердечного приступа. Для этого он собирался нанести спящему клиенту так называемый энергетический удар. Этот удар, известный из техники карате, наносился раскрытой ладонью в область сердца, к которой в этот момент плотно прижималась другая ладонь. При правильном исполнении наступала мгновенная остановка сердца, а врачи потом диагностировали смерть от сердечной недостаточности.
Марк собрал информацию и в числе прочего выяснил, что по выходным Удачник регулярно выезжает в санаторий четвертого главного управления "Барвиха" – генерал не считал излишним раз в неделю снять кардиограмму, принять лечебные ванны, посидеть на лечебной диете…
Самое место для сердечного приступа.
Охраны не было, за исключением личного водителя, который по совместительству был телохранителем и, как правило, занимал палату рядом с шефом, появляясь только в том случае, если генерал нажимал тревожную кнопку.
Ночью Марк легко забрался на третий этаж и бесшумно проник в генеральскую палату, так как балконная дверь была не заперта. Удачник спал на животе, обхватив подушку волосатыми руками. Он был одет в полосатую пижаму, а лысину согревала шапочка, напоминающая татарскую тюбетейку. Генерал по-детски всхлипывал во сне и чмокал губами.
Марк слегка растерялся, так как не знал, сработает ли удар, если его наносить со спины. Он решил дождаться, когда генерал перевернется. И тут фортуна подвела: киллер-невидимка потерял контроль над собой. Сначала к горлу подкатила тошнота. Так бывало всегда, когда начинался приступ. Что произошло дальше, Марк точно не помнил. Вроде бы он, в припадке необъяснимой ярости, пару раз со всего маху пнул спящего, а дальше провалился в темноту…
Следующие дни он провел у генерала на даче. В пыточной… Его особенно не мучили. Пару раз приставили оголенные провода к половому члену, пару раз к вискам, потом сделали какой-то укол, и Марк выложил про себя все, что знал и даже то, что подзабыл, а тут сразу вспомнил… Генерал участвовал во всех допросах лично и особенно напирал на какого-то Дибаева – не он ли заказчик? Марк такой фамилии не знал, а поскольку всех прочих сдавал, как говорится, "на раз", стало ясно, что он говорит правду.
Заказчиков вскоре приволокли в тот же подвал. Мучили страшно. Но и они Дибаева не знали, а убийство генерала затеяли по просьбе неведомого им иностранца, которому милицейский начфин не вернул какие-то сумасшедшие деньги – то ли за яхту, то ли за дом в Ницце.
Короче говоря, пришлось Марку расстрелять обоих по просьбе Петра Анатольевича, который этот расстрел предусмотрительно заснял на видеокамеру, а пленку положил в сейф, пояснив, что Марк Ручка отныне становится его рабом, нужным для всяких грязных дел…
Ручке эта идея не понравилась. Он запомнил фамилию Дибаева, которого так боялся Удачник, а потом и отыскал, предложив свои услуги. Тот предложение принял, и вскоре милицейский генерал, причастный, как выяснилось, к покушению на президента России, был обнаружен мертвым в собственном автомобиле. Вроде бы покончил жизнь самоубийством, а именно застрелился… "Мрак" сработал, как всегда, хорошо. Он припер своего мучителя к сидению, пережал пальцем сонную артерию, а когда тот на пару секунд потерял сознание, вложил в его ватные пухлые пальцы пистолет и нажал генеральским пальцем на пусковую скобу…
Дибаев заплатил за расправу с Удачником щедро, разрешив вместе с компрометирующим видео забрать из генеральского сейфа все деньги, которые там обнаружатся. Сумма оказалась огромной – больше трехсот тысяч долларов. И Марк сразу понял, что это аванс на будущее, поскольку жизнь генерала столько явно не стоила.
Так и вышло: спешно улетая в Лондон, Дибаев позвонил Марку и сказал, что в эту цену входит жизнь некоего Беркаса Каленина. Чтобы отработать должок, Марк и прибыл на остров Сердце…
Впервые в жизни убивать ему не хотелось.
Он даже не мог толком объяснить самому себе, что поколебало его привычное равнодушие к судьбе будущей жертвы. Может быть, дело было в том, что пропал его любимый пистолет, и это Марк посчитал дурным знаком.
Скорее, впрочем, раздражало поведение Дибаева, который, сидя в Лондоне, вел себя как хозяин его судьбы. Ведь он отдал Марку генеральский сейф без всяких предварительных условий. Да и о сумме узнал только от самого Марка. А если бы Марк промолчал или просто назвал, скажем так, неточную цифру?… Тогда заказа на Каленина не было бы? Пусть живет?
Убить Каленина проще, чем курицу зарезать, это Марк понимал, как никто другой… А если дать ему шанс? Если сыграть с ним в "орла-решку": пусть сам выберет – жить ему или нет…
Со школьным сторожем и дворником он познакомился в два счета. Егорыч сразу оценил щедрость постояльца, который заранее припас несколько бутылок и денег на деревенский самогон давал исправно.
– Сколь хочешь, живи! – радовался нежданной удаче Егорыч. – Вход в мою келью персональный, мальцы ко мне не лазят. Рыбачь до белых мух, коль намерение имеется! Ираида у меня знашь где?… – Егорыч погрозил кулаком куда-то в потолок. -… Вот она у меня где! Как скажу, так и будет.
– А ты ей ничего не говори, – посоветовал Марк. – Женщина нервная, подумает, незнакомый мужик, дети тут, ну, и начнутся разговоры… Зачем нам помехи, – кивнул он на водку, – в деле истребления этих запасов?
– И то верно! – согласился Егорыч, с любовью разглядывая диковинную бутылку необычной формы с надписью "Nemiroff". – Это чья ж такая будет? Очки-то давно потерял, а буквы мелкие…
– Американская! – убедительно соврал Марк.
– Уважаю! – серьезно закивал Егорыч. – Эти говно не делают…
С помощью Егорыча Марк раздобыл гранату, объявив, что хочет малость побраконьерить. Нехитрым приспособлением он увеличил время срабатывания взрывателя примерно до минуты и предоставил Каленину смертельно опасную возможность испытать судьбу…
…Когда Каленин с гранатой разобрался, Марк, наблюдавший эту сцену от начала до конца, почувствовал странное удовлетворение. Перед этим он долго объяснял пацану, что не надо разжимать пальчики, пока гранату не возьмет дядя…
– Молодец! – хмыкнул Марк себе под нос – имея в виду то ли пацана, который все сделал правильно, то ли Каленина, который не спасовал…
Со Степкой вышло случайно, можно сказать, от скуки. Егорыч завел… Степка, говорит, в рукопашной – зверь! Хоть вдесятером на него выходи. Хоть с ножом! Хоть как! Покалечит он москвича, как два пальца об асфальт…
– Москвич против Степки, что овца против медведя, – согласился Марк. – Только зачем Степке его, горемычного, калечить?
– А куда он денется, Степка-то! – вздохнул Егорыч. – В деревне так: чо хошь делай, а честь свою мужскую прикрой! Потому должон он москвича энтого проучить: нос ему сломать для порядка, или какую иную важную часть организма изувечить! Только чтобы всем видать было, что Степка за честь свою поруганную открыто вступился…
"Ладно, дед! – подумал Марк, чувствуя прилив сил, который он всегда испытывал перед рукопашной. – Потрогаем твоего непобедимого. Заодно и клиенту испытание устроим… Пускай снова жребий тянет".
…Вернувшись с пристани несолоно хлебавши, Марк никуда больше не выходил. Он до вечера провалялся на раскладушке, читал старые газеты и смотрел телевизор, рассчитывая хотя бы завтра покинуть остров. Но ближе к ночи Егорыч принес дурную весть: парома в ближайшие дни ждать не следует, поскольку какие-то супостаты еще вчера сожгли его до полной непригодности.
– Не горюй! – ободрил Марка Егорыч, деловито расставляя на столе, покрытом газетой, нехитрую закуску. – Назавтра я к одиннадцати с работой управлюсь и доставлю тебя "на землю" самолично, как говорится, в лучшем виде.
– Ты же божился, что у тебя нет лодки! – рассердился Марк.