— Ещё Антонио кричал «каннибалы». Интересно, это он предполагал или что-то видел?
Они осторожно крались к собственным палаткам, внимательно оглядываясь и прислушиваясь, готовые в любой момент снова пуститься в бегство от враждебных индейцев. Никаких индейцев они не встретили, никого из друзей тоже, и, что самое неприятное, палаток тоже не было на месте. От лагеря осталось только остывшее кострище, возле которого они теперь и стояли в растерянности.
— Ну и что дальше? И вещи все пропали, — огорчилась Эрика.
— И мясо, и картошка. И ром, и сигареты. Мы погибнем, — согласился Раймонд.
Происходящее казалось нереальным. Чтоб её, эту Филькину тётушку, вместе с её глупым агентством! Что теперь делать-то? И где все? Где Сашка, где Филька?
Эрика зачем-то отправилась на то место, где ещё так недавно была её палатка, следы которой по-прежнему отчётливо различались на песке. И тут она увидела большой камень, который явно притащили сюда от костра, а на нём было написано углём почерком Фильки:
«Э. и Р.! Если вы читаете это, значит, все живы, всё цело. Лагерь переехал на новое место. Ф. и С.».
— Радя, они живы! — радостно воскликнула девушка, — Вот только идиоты. Как мы их найдём?!
— На новое место… Да, разумно, чтоб индейцы не пришли. Вот только КУДА на новое место?!
— Может, надо их тут подождать? Наверное, они собираются периодически приходить и проверять, нет ли здесь нас, — предположила Эрика.
— Но нам несколько опасно тут торчать, ты не находишь?
В качестве компромисса они вернулись к скалам и нашли уступ поблизости, где и просидели несколько часов, периодически выглядывая, чтобы издалека проверить, не появился ли кто на месте старого лагеря. Единственным недостатком этого места было то, что когда солнце взошло и принялось светить в полную силу, там практически не осталось воздуха и стало, как в духовке. Раймонд и Эрика то и дело купались и залезали обратно на камни, но к полудню это совсем перестало помогать, Эрика уже была близка к панике, потому что неминуемо сгорела бы дотла. Раймонд переживал за неё, к тому же и сам не отличался смуглостью, поэтому парень и девушка покинули ставшее опасным место и перебрались на окраину леса, настороженно озираясь. В лесу тоже было мало приятного, ведь там наверняка водились разные кусачие насекомые. Однако удалось перекусить парой-тройкой зеленоватых бананов, что было очень кстати, ибо жрать уже хотелось неописуемо. Раймонд пытался угадать, куда могли переехать друзья с палатками, неужели просто дальше по берегу — тогда они могли бы запросто их отыскать и никого тут не дожидаться. Однако шнырять вдвоём по острову, не зная дороги, тоже было как-то рискованно.
Только ближе к вечеру из леса вдруг вынырнул Сашка, который принялся бестолково топтаться на пляже и озираться, а потом явно вознамерился уходить. Раймонд и Эрика выскочили к нему навстречу из леса, заметно испугав этим. Но в следующую секунду парень их узнал и заключил обоих сразу в костеломные объятия.
— Мы так за вас волновались! Вообще не представляли, что с вами могло случиться. Мы же видели только, как вы рванули к скалам, а за вами — половина племени!
— А сами-то вы куда подевались? И где потом отыскали Кору?
— Не поверите, но мы отсиделись в палатке Фильки. Нам как-то удалось сразу туда юркнуть и притаиться. Они как чувствовали, что мы там, сновали вокруг, но так и не сообразили, как открыть вход. Для них это нечто футуристическое и безумное. В общем, мы там сидели несколько часов, боялись выйти. Потом не знали, что делать: очень переживали за вас, Кору и Антонио, решили, что палатки всё же лучше перенести. Мы пошли по реке и поставили всё снова в горах, правда, там места мало, так что теперь придётся спать по двое. А вам решили на камне записку оставить, это уже когда Кора вернулась: она заблудилась в лесу так, что её даже индейцы найти не смогли, и только к самому рассвету и выбралась, мы как раз думали, как нам унести-то всё, что мы собрали, она нам и помогла. Она была в норме, разве что похихикивала нервно. А вот Антонио мы больше уже не видели.
— И фиг-то с ним, он предатель! — строго сказала Эрика. — Пошли, веди нас в новый лагерь, мы жрать хотим.
Пришлось утомительно долго подниматься вдоль реки, ибо новое место находилось довольно высоко и очень далеко от моря. Три палатки были с трудом втиснуты между деревьями, а около воды, прямо на скале, был разведён малюсенький костерок. Филька и исцарапанная ветками Кора тут же бросились обнимать Эрику.
— Я бегала, бегала по этому лесу, кошмар какой-то, — сообщила жалобно Кора. Как ей удалось уйти от преследования, объяснить она не могла.
Эрике и Раймонду пришлось рассказать о том, как они убегали и прятались, а Филька в красках описала, как они с Сашкой сидели в палатке, не дыша, а индейцы шныряли вокруг и не могли сообразить, как попасть внутрь.
— Честно говоря, мне во всё это с трудом верится. Такое ощущение, что им не очень-то и надо было нас ловить, просто напугать хотели, — сказала Эрика, которая сутки провела в купальнике и была безумно рада наконец одеться. — А ещё неизвестно, какова роль Антонио во всём этом. Он как будто нарочно привёл их к нам, да и вопил как будто как-то наигранно…
— Интересно, где он теперь? У нас-то места для него по-любому нет, вряд ли кто-то захочет тесниться с ним в одной палатке… Кстати, а как будем распределяться мы? — поинтересовался Сашка.
Из всех вариантов выбрали самый безобидный: Кора и Эрика вместе, Сашка и Раймонд тоже, а Филька в гордом одиночестве. Но как только это было решено, как из леса припёрся чумазый Антонио, и создал своим присутствием проблему. Эрика вообще считала, что надо отдать ему его палатку, и пусть уматывает. Но все остальные не знали об их с Раймондом подозрениях и решили сжалиться над засранцем. Кора так и вообще, кажется, вообразила, будто Антонио спас их, предупредив об опасности с риском для жизни, и совершенно забыла, почему погнула бабулин канделябр. У Эрики всё это не укладывалось в голове, и она была до крайности возмущена нелогичным поведением лучшей подруги. О том, где шлялся и как нашёл каннибалов, Антонио промямлил что-то невнятное, выходило, что он просто встретил их в лесу и стал убегать. Как нашёл их сейчас, он тоже так и не объяснил — сделал вид, что не понял вопроса. Эрика подозревала, что он прятался в лесу и следил за Филькой и Сашкой, это было единственное доступное объяснение. А о своих ночных выходках он даже не вспомнил и не извинился.