Проблем было несколько. Во-первых, я не собирался тащить с собой всю эскадру (на фиг она мне там нужна?), а пиратам, наверняка, станет интересно, куда это я собрался в гордом одиночестве. Во-вторых, я собирался ограничить количество людей, которых с собой потащу. Толпа там будет лишней. И, в-третьих, нужно было как-то замаскировать фрегат. «Виктория» и так была довольно известным судном, а после последнего похода ее красный корпус узнает любая собака. Так что корабль следовало, как минимум, перекрасить.
В состав команды, которую я брал на корабль, в первую очередь вошли те, кто бежал вместе со мной с Барбадоса. В этом походе Джереми снова был не капитаном, а штурманом, Волверстон должен был обеспечить охрану и разведку, когда мы окажемся на острове, а прекрасного канонира Огла я и не собирался на кого-либо менять.
К нашей дружной команде добавился Ибервиль (в качестве первого помощника капитана) и Хагторп, тоже поменявший капитанский мостик корабля, захваченного нами в Маракайбо и переименованного в «Антропос», на место второго помощника. Ну и Быструю Рыбу пришлось прихватить с собой. У индейца были знакомые ныряльщики среди его соплеменников, да и договариваться с живущими на островах краснокожими будет проще. Не забыть только захватить для них подарки.
Самым сложным оказалось отвязаться от последователей. Пришлось врать, что я готовлю очередной эпический поход, а сейчас отправляюсь на разведку. Дескать, у меня на борту присутствуют представители всех четырех кораблей эскадры, так что правила соблюдены. А команду я небольшую беру потому, что добычи много не ожидается. В лучшем случае, пощиплем по дороге какого-нибудь торговца.
К счастью, после похода на Маракайбо пираты спустили еще не все свои деньги, а потому, узнав, что рейд планируется «пустой», отправились пьянствовать дальше. Ну а перекрашенная в синий цвет «Виктория», имея на борту чуть больше 60 человек команды, потихоньку покинула Тортугу.
Карибское море — район довольно оживленный. Флоридский пролив — тоже. И для того, чтобы ни с кем не столкнуться и не ввязаться в ненужное сражение, нам пришлось очень, очень постараться. Помогла целая коллекция флагов разных стран, которую запасливый я держал именно для подобного случая — если по каким-то причинам нужно будет сойти за своего.
Архипелаг островков Маркесас-Кис оказался довольно удобным в плане укрытия корабля. Мы взяли местного лоцмана и сумели подойти к берегу незаметно. Основные работы должны были вестись со шлюпки, на которую установили лебедку. А в качестве разведчиков, бдящих за тем, чтобы не появились нежданные гости, в помощь Волверстону были наняты индейцы. Краснокожие, кстати, послужили неплохим прикрытием. Ныряльщики были довольно обыденным явлением в этих местах, так что издалека мы вполне могли бы за них сойти.
Первое же погружение показало, что с местом я определился правильно. Ныряльщики нашли три бронзовых пушки, якорь и медный котелок. Не сказать, что это совсем хлам, но я все-таки не археолог, и меня больше интересовали другие сокровища, так что мы продолжили погружения. Сначала шла мелочевка в виде отдельных монет и украшений, но к концу дня мы все-таки нашли то, что искали. Ныряльщики подняли на поверхность нечто, что на первый взгляд выглядело, как обломок скалы, а оказалось большой массой спекшихся серебряных слитков.
Радости было — выше крыши. Народ, правда, интересовался — как это мне так сразу удалось найти нужное место, но я уходил от ответа, намекая на старинные карты, нужные знакомства и даже вещие сны. К счастью, довольные результатом пираты, не настаивали на моих дальнейших откровениях. В отличии от Эстель. Вот уж кто пытал меня с дотошностью инквизитора! Женское любопытство — это зло.
Способ бороться с любознательностью Эстель у меня был только один. Но зато безотказный. Я тоже начинал ее расспрашивать. Мне безумно хотелось узнать ее реальную историю. Надо ли говорить, что Эстель тоже не спешила откровенничать? Мне оставалось только догадываться, где она приобрела свои навыки и какую цель она преследует.
То, что эта самая цель есть — это стопроцентно. Эстель буквально загоняла себя тренировками и учебой, словно боясь не успеть. Такое упорство и силу воли даже у мужчин редко встретишь. Она готовилась по какому-то только ей ведомому плану, и я серьезно опасался, что в один далеко не прекрасный момент Эстель просто исчезнет. И я ее не найду. Блин, ну вот почему бы ей не поделиться со мной своими проблемами? Неужели ей не нужна помощь?
Похоже, нет, раз Эстель не желала ничего рассказывать. Наш очередной откровенный разговор закончился, едва начавшись, и толку от него никакого не было. Эстель ушла в нашу палатку, сделанную из жердей и пальмовых листьев, (хижиной это убожество язык не поворачивается назвать), а я еще немного посидел с командой, празднуя первый богатый улов.