Добравшись домой, он завалился на диван. Не хотелось ни есть, ни двигаться – ни–че–го!!!
На следующий день Андрей спросил:
– Почему меня обругала старуха?
– Если на почтовом ящике написано «Грязную почту не бросать», то проходи мимо. Всякой рекламной продукции в Австралии очень много, и происходит большая вырубка леса для производства бумаги. Некоторые борются с этим. Ведь верная половина этой продукции прямиком идет на мусор. Но нам фирмы и магазины заказывают рекламу, и мы ее изготавливаем. Бизнес есть бизнес.
– Вот у меня осталось несколько пачек. Что делать с этим?
– Необходимо добросовестно все разносить, потому что руководители нашей фирмы могут подъехать в любое время и проверить качество работы. Втягивайся. Дальше легче будет. И я тебе советую разноску рекламы делать или рано утром, или в вечернее время, когда солнце не так печет. Желаю тебе успеха. Первые тридцать долларов ты уже заработал!
В последующие дни Андрей уже внимательнее присматривался к укладу жизни австралийцев, архитектуре домов, благоустройству усадеб. И все больше проникался уважением к этим людям. Земельные участки в этом районе были небольшие. По нашим меркам – от 6 до 10 соток. Но с какой любовью и выдумкой все оформлено! Газоны, аллейки, цветники, фонтанчики, прудики с лилиями. Все идеально ухожено, подстрижено и, конечно же, никакой картошки, лука и петрушки. Фруктовых деревьев тоже мало, в основном декоративные. Да и зачем!? В каждом супермаркете за копейки можно купить любые овощи и фрукты. К маленьким деревцам прикреплены бирочки с инструкцией по уходу. Возле богатых особняков виднелись бассейны. Архитектура домов очень разнообразная, повторений мало, темных тонов нет вообще. Все светлой приятной тонировки. Для детей – обязательно игровые площадки. Улицы пустынные, пешеходов почти нет. Все передвижения – автомобилем. На любой микрорайон обязательно – один парк или сквер. Еще Андрей заметил странность – здесь не лают собаки. На улицах не увидишь кошек. Оказывается, существует специальный указ правительства о запрещении выпуска кошек из домов с целью сохранения редких пород птиц. А их здесь множество! Поют от зари до зари. И это все в «Артифишал кантри», как австралы говорят о своей стране. «Ненатуральная», «искусственная страна».
Андрей стал проходить мимо домов, которые стояли в отдалении. Срок выполнения заданий сократил до четырех часов. А дальше он прикидывал, где может проехать начальство фирмы и проверить его работу. Внутри квартала маленькие улочки он стал вообще пропускать. Таким образом, он сократил срок своей работы до трех часов. Вот она – совдеповская изобретательность. Только вот проблемы! Куда девать эти оставшиеся пачки рекламы? Дома в свою мусорку – опасно. Хозяйка доложит куда надо. Приходилось в темное время подбрасывать эти пачки в контейнеры других районов города.
– Да простит меня мой земляк – бывший полковник. Австралийцы все равно мало интересуются этой рекламой. Кому что надо, тот и так купит! – сказал Андрей, отправляя очередную пачку в мусорник.
Однажды он подошел к одному дому и удивленно остановился. Вдоль аллеи цвели наши украинские чернобривцы, а возле дома красовались березки. В это время из дома вышла чернявая пожилая женщина, совсем не похожая на австралок, поприветствовала Андрея – «Хай», – и стала поливать клумбу.
– Тітко, ви, мабуть, з України? – обратился с надеждой Андрей.
Она бросила полив и спросила:
– What can I do for you?
– Excuse me, – извинился Андрей. – Мне ничего не надо.
Он поплелся дальше с тяжелой сумкой под палящим солнцем.
*****
Параллельно у него появилась еще одна работа. Ему позвонила Майя:
– Хочешь немного подзаработать?
– Конечно, хочу!
– Мне позвонили друзья. Они всей семьей держат ресторан. Так вот сейчас много праздников, много партий, то есть по–нашему – компаний, заказывают банкеты. Им срочно нужен крепкий работник в посудомойку. Там был какой–то слабак, не успевал. Они его выгнали. Платят десять долларов в час. Если согласен, то сегодня к семи вечера подъезжай. Обратись к Доре.
– Хорошо, подъеду, попробую.
Днем Андрей в ускоренном темпе разнес рекламу и ровно в семь был в ресторане. Директриса Дора стояла в центре кухни с сигаретой, и самым отборным матом ругала поварих. Те робко молчали. На стройке Андрей всякие маты слышал, но здесь были такие, которых он раньше не знал.