– Я тоже серьезная. А если надо, то могу и бросить курить ради хорошей цели.
– А как у тебя с английским? Ты же давно здесь.
– Не блестяще, но немного выучила. Для моей работы хватает. В пансионате для престарелых, где я работаю медсестрой, много выходцев из Польши и России. Иногда приходится разговаривать на смеси польского, русского и английского.
– А ты сможешь обучать меня английскому языку?
– С удовольствием. Скажи, пожалуйста, за это время тебя с какой–нибудь женщиной знакомили уже?
– Нет, не знакомили.
– А как же ты совсем без женщины?
– Почему совсем. Один раз в бордель сходил.
– Ну и как, понравилось?
– Нет. Не понравилось.
– Ну, ты и дурак. А не мог мне позвонить?
В город возвращались уже в сумерках. С моста со стороны Джелонга центр Мельбурна выглядел впечатляюще и красиво.
Дома Андрей не знал, что делать с таким количеством грибов, и поэтому стал предлагать их жителям своего дома. Одно ведро занес соседке со второго этажа. Это была пенсионерка из Витебска. Они со своим мужем часто прогуливались по вечерам в сквере, который был недалеко от их дома. Она поблагодарила за грибы. На вопрос Андрея: «Где ваш муж?» Заплакала.
– Я его похоронила уже около двух месяцев назад. Теперь я осталась здесь совсем одна. Не знаю, как буду жить дальше. Назад дороги нет, мне одной невыносимо жить. Я его в крематории сожгла, а урна вон стоит. Надо похоронить.
Андрей был в шоке. Как так можно! Она похоронила мужа и никто об этом не знает! У нас бы и похоронили, и помянули бы, и помогли бы! Вот и обратная сторона эмигрантской жизни! Здесь каждый живет, борется и умирает в одиночку…
Вернулся в свою квартиру. Раздался телефонный звонок. Звонила Ирина.
– Я не знаю, что делать мне с этими грибами,. Посоветуй.
– Я раздал соседям. Остальные высыпал в ванную. Надо их мыть и чистить, но нет желания.
– Хочешь, я приеду к тебе и мы приготовим грибы? Может поучим английский? Мне одной тоскливо и плохо.
– Хорошо. Приезжай.
*****
Ирина стала приезжать к Андрею все чаще и чаще. В основном в выходные дни.
В очередное воскресенье они решили посетить Моораббин. Там находился большой торгово–развлекательный центр Саусленд. Магазины, кафе, рестораны и двенадцать кинозалов. Фильмы все шли американские, за исключением одного – австралийского. Выбрали какой–то боевик. Мягкие удобные кресла, работает кондиционер, зал почти полон.
После фильма пошли в китайский ресторан. Подали два меню. Одно с перечнем европейских блюд, второе – с китайскими. Поскольку в китайской кухне можно встретить любое, самое невероятное, экзотическое и совсем не пригодное для наших желудков блюдо, они не стали рисковать и выбрали поджаренное филе молодой акулы с овощами и хорошее австралийское вино.
За ужином Ирина рассказала о своей жизни. По еврейской эмиграции они с мужем уехали из Одессы в восьмидесятых годах. Она только закончила медицинский институт и немного поработала врачом. Муж был намного старше ее и уже состоявшийся солидный врач с кандидатской степенью. Как и у многих – вначале у них были «римские каникулы». Так на языке эмигрантов называется время пребывания в Италии, где они ожидали выезда в Австралию. Пособия не хватало на жизнь, поэтому муж начал понемногу торговать на рынке. Покупал у наших моряков и туристов икру, фотоаппараты, водку, матрешки и перепродавал итальянцам.
– Я была молодая и красивая, – грустно продолжала Ира. – Понравилась хозяину дома, где мы снимали квартиру. Он специально завысил квартирную плату и сказал мужу, что может оставить все по старой цене, если тот разрешит переспать со мной. Муж поступил как нормальный мужчина и спустил его с лестницы. Приехала полиция, началась полицейская тяжба, и мы были задержаны еще на несколько месяцев. Одно время было совсем туго. На жизнь денег не хватало. Но мы жили надеждами. Ожидали встречи с этой, как нам казалось, сказочной страной. Наконец–то, получили визу и вылетели сюда. В те годы здесь была большая безработица. Я стала ходить по домам убирать квартиры у богатых людей. Иногда попадались дома комнат на десять–пятнадцать. Целый день моешь полы, убираешь, натираешь все до блеска и только к вечеру еле живая, приходишь домой. Ложишься, и тебе просто хочется умереть. Уставала сильно. Ведь дома меня родители оберегали, я к такой работе не была приучена. Иллюзии в отношении сказочной страны Австралии быстро исчезли. Затем нашла работу в пансионате для престарелых. Я тебе рассказывала, что работаю медсестрой, но это далеко не так. Мои обязанности ближе к санитарке. Извини, не за столом это говорится, но часто приходится, выгребать из–под стариков и мыть их, и разные желания их удовлетворять. Поначалу тошнило, долго привыкала, но потом заставила себя, ведь выбора у меня не было.