И все это необходимо было делать в быстром темпе и переходить, не мешкая, в кафетерий, на уборку которого отводилось тридцать минут. Быстро переворачивались стулья на столы. Затем мылись полы и натирались машиной. Особенно досаждали коричневые пятна от кофе, которые трудно вымывались. На раздаточной линии стояли вазы с фруктами и бисквитами, к которым нельзя было даже прикоснуться, Пол предупредил.
Ровно в шесть часов приходил огромный, толстый и лысый австрал– повар. Если Андрей опаздывал с уборкой, то он делал замечание. Мог обойти зал кафетерия и указать на недостатки.
Впереди была лаборатория. Здесь также в темпе мытье полов и их натирка. На стеллажах стояли различные образцы продукции для проверки их качества. Брать ничего нельзя, хотя и было большое желание сделать Ирине сюрприз. Иногда заглядывал начальник секьюрити. На вид улыбчивый, но с внимательными маленькими глазками, которые стреляли по карманам комбинезона. Еще была уборка нескольких офисов. Это были небольшие кабинки с невысокими перегородками и с компьютерами для инженерно–технического персонала. И уже вконце – уборка длинного коридора вдоль стеклянной стены, за которой был главный цех фабрики.
Валера убирал кабинеты руководителей фабрики, а там требования к чистоте были еще выше, чем у Андрея.
Около семи часов утра необходимо было все закончить, упаковать инвентарь в шкаф и выйти с территории. Уставшие друзья вышли с помещения и зажмурились от ослепительного солнечного света. Наступил новый день. Во дворе фабрики была зона отдыха с беседкой окруженной цветочными газонами. В углу стояла неизменная барбекюшница. Здесь трудовой коллектив отдыхал и проводил свои корпоративные мероприятия.
Женщины сидели в беседке, курили и пили кофе перед работой.
– Да, дружище, втравил ты меня в эту работу. Я впервые в жизни туалеты мою.
– Нормальная работа, все эмигранты через это проходят. Это же тебе не русские сортиры убирать. Эти туалеты как картинки. И вообще, любой труд благородный, – философски ответил Валерий.
– Может оно и так, но ведь впереди еще восемь часов пахать на основной работе.
– Ничего, выдержим. Можно еще подремать в машине.
– «Монинн», – поздоровались с ними проходящие мимо две женщины. Они были низкорослые, смуглые и ширококостные. Темные курчавые волосы, широкие носы и толстые, до безобразия, губы.
– «Гуд монинн», – ответил Валера и внимательно посмотрел вслед женщинам.
– Андрюша! Ты посмотри, какие красавицы на нас обратили внимание! Желаешь ли закрутить амурные дела с такой вот экзотической красавицей? Ты представляешь, какая там страсть и темперамент кроется? Но здесь есть одна небольшая опасность. Ты посмотри на эти тяжелые подбородки, на эти скулы. Они наверняка с тех островов, где живут людоеды. Их предки точно с того племени, которые съели Кука. Как потрахаешь плохо вот такую девушку, она обидится, возьмет и запросто скушает тебя на ужин. Это только у нас мужики привыкли «на шару» иметь красавиц. То он вечно пьяный и у него плохо получается, то он уставший или вообще импотент. А наши женщины все терпят. А эти захавают – будь уверен!
– Хватит балагурить, надо хоть немного подремать перед работой.
Выйдя с проходной, они разъехались каждый на свою работу. Андрей хотел заехать куда–нибудь в тихий переулок подремать, но потом понял, что австралы этого не поймут. Они быстро вызовут полицию. Поэтому он подъехал на бесплатную парковку возле спортивного центра. Здесь многие до работы приезжали поплавать в бассейне, который работает с шести часов утра. К бассейну примыкало большое зеленое поле для стрельбы из лука. Возле него он припарковался, откинул до отказа сиденье, вытянул ноги и приказал себе поспать двадцать минут. Но не более! Проснулся через тридцать минут, протер глаза, достал свою сумку, взял из нее банан и стал лениво жевать. Напротив, по зеленому полю важно и неторопливо расхаживала стая толстых красногрудых попугаев.
– Экзотика! Только мне уже пора ехать дальше трудиться.
Эти утренние приработки продолжались более двух месяцев. Однажды вечером, повозвращении с работы, на трассе с Андреем чуть не случилась большая беда. Он ехал по первой полосе. А по второй рядом с ним мчался огромный шестиосный бензовоз. Весь сверкающий никелем с двумя длинными цистернами. Оба шли на скорости примерно сто километров в час. Андрей уснул за рулем только на несколько секунд. Когда открыл глаза, увидел, что его «Ниссан» под углом направляется под этот бензовоз. Резко вильнув в сторону, машина врезалась в пальму, стоящую на обочине дороги. Склонившись над рулем, Андрей осознал, что могло бы быть сейчас там, под бензовозом. Некоторые водители притормаживали, о чем–то спрашивали. Увидев, что ничего серьезного не произошло, ехали дальше. Был разбит бампер, смят капот, но мотор работал.