Андрею подсказали, что здесь работает строительная бригада под руководством «билдера» Марика. После нескольких звонков и недели ожидания наконец–то он был принят на работу на временных условиях. Условие: поработай немного, а там посмотрим.
Первый его объект находился на Кенгуру стрит. В новом двухэтажном доме бригада Марика недавно закончила монтаж гипсокартона и ушла на другой объект. Здесь остались три человека для завершения отделочных работ. Необходимо было заделать швы, потом шпаклевка в два раза всей пласты, тщательная затирка и затем покраска водоэмульсионными красками по карте дизайнера–оформителя. Работа, в общем–то, Андрею была знакома. Его бывшая фирма такие работы производила. Но одно дело руководить фирмой, другое – делать это собственноручно. Тем более в другой обстановке. Ему поручили самую неблагодарную работу – затирку потолков. Он яростно взялся за работу и через некоторое время доложил старшему, что потолок в одной комнате готов. Тот, оторвавшись от своих дел, внимательно осмотрев работу Андрея, сказал:
– Ты парень в своей Хохляндии такую халтуру можеш гнать, а здесь качество должно быть другое. Никто такую работу не примет. Лезь на «козлы» и доводи все до идеальной поверхности.
Пришлось лезть и делать затирку по новой. Уже к одиннадцати часам жара поднялась далеко за тридцать. Андрей весь был похож на мукомола. Пыль шпаклевки с потом попадала в глаза. Приходилось спрыгивать вниз и выбегать во двор промывать глаза под краном. Но необходимо было стараться – иначе уволят.
Через несколько дней его научили, как правильно производить шпаклевку и показали приемы работы со шпателем. Со временем доверили работать на покраске «пласты». Все приходилось осваивать заново. Другие условия и требования. За первые две недели зарплата была минимальная –восемь долларов в час. По законам Австралии ниже этой зарплаты работодатели не имели права платить. На другом объекте Марк поставил Андрея на монтаж гипсокартона и сказал, что испытательный срок закончился. Он остается работать в этой бригаде и его зарплата увеличивается вдвое. Жизнь стала опять понемногу налаживаться.
Бригада работала, в основном, на строительстве жилых домов. Иногда попадались реконструкции и перепланировки старого жилья, за которые Марик тоже брался. Он неутомимо мотался на своей старенькой «Тойоте» от объекта к объекту. Назначал встречи – «апойтменты» с заказчиками, писал калькуляции – сметы, и часто сам становился на монтаж «пласты».
Предки Марка были выходцы из Крыма, представители малочисленного народа караимов. Чем больше Андрей присматривался к своему руководителю, тем больше тот ему импонировал своей целеустремленностью и трудолюбием. В отличие от многих соотечественников, которые ехали с мечтою «о легкой жизни» в богатой стране, он ехал сюда с твердой установкой – «много работать и много чего достичь». И ему это удалось. Вначале немало потрудился на австралов, потом создал свою фирму. Взял кредит в банке, построил дом для своей семьи и выучил сына в университете по специальности «информационные технологии». Сын недавно женился, занимает должность руководителя отдела в престижной фирме с годовым окладом в сто пятьдесят тысяч долларов. Для семьи сына Марик заканчивал строить отдельный дом. В отличие от других, у него никогда не было ностальгии о прошлой жизни. Остальные члены бригады – это разнообразная публика от «местечковых» евреев до бывших офицеров Советской Армии. У каждого был свой путь на этот Зеленый континент и особо на эту тему никто говорить не хотел.
В отличие от «наших» взаимоотношений, здесь «лирики» и душевных разговоров было мало. Никто никого не интересовал, каждый сам по себе. Дисциплина, основанная на страхе потерять работу, конкретность, пунктуальность и профессионализм – вот главные условия труда. Здесь никто никого не воспитывал, не призывал хорошо трудиться. Не можешь работать или не хочешь – тебе очень скоро с улыбкой скажут «гуд бай». И, как правило, все работали усердно. В чем еще убедился Андрей, так это в том, что здесь евреи «пашут» и здорово «пашут». Хотя на родине среди них мало было «Ударников коммунистического труда». А здесь жизнь заставила!