«Как же все убого и примитивно, – подумал Андрей. – И какие представления будут у австралов в целом о России после посещения такого русского ресторана?»
После того, как гости расселись, пошли поздравительные тосты. Кто на русском, кто на еврейском, кто на английском языках. Когда все наелись и напились, начались танцы. Больше всех выплясывала невеста. Она определенно была довольна, что вышла замуж. От ее былой напряженности и серьезности не осталось и следа.
Ирина также хотела танцевать, однако Андрей отказался. Не любил он эти пляски, и она ушла пообщаться с подругами. Андрей смотрел на всю эту развеселую, шумную, жующую и прыгающую публику и ему было грустно.
На эстраде появился певец – неряшливо одетый, небритый, с грустными глазами и довольно таки «под шафе». Красивым голосом он запел новую песню «Как упоительны в России вечера». Парень пел с закрытыми глазами, проникновенно и страстно. То ли в образ сильно вошел, то ли обкурился.
Андрею сегодня захотелось врезать по полной программе. Но от выпитого он не пьянел и ему становилось еще более грустно. К нему подсел жених Аркадий:
– Ты чего такой невеселый сидишь?
– Да вот слушаю – песня красивая.
– Ты мне скажи, Андрюха. Как, по–твоему, я правильно делаю, что женюсь на Марте?
– Конечно, правильно. Я хочу выпить за вас, за «молодых».
– Давай. Что, «Абсолют» или «Смирновскую»?
– Нет, лучше нашу родную «Столичную»! Живите долго и счастливо!
– Понимаешь, Андрей, – как бы в чем–то оправдываясь или успокаивая себя, заговорил Аркадий – старость надвигается стремительно, а с ней и болезни разные и недомогания. Надо как–то определяться. Надоело жить одному. Марта тоже намыкалась по жизни. Ей полтинник стукнул, мне шестой десяток идет. У меня это третий брак и, надеюсь, последний. А у нее даже не знаю. Говорит, что второй, а там кто знает, что у нее было в Израиле и в России.
– А какое это имеет значение?
– Согласен, теперь уже никакого.
На эстраде певец запел песню, которая тоже до боли рвала Андрею душу: «Там за туманами, вечными пьяными берег ждет родной».
– Хочешь, я познакомлю тебя с ним? Он мой знакомый, тоже бывший киевлянин. К сожалению – непризнанный талант. Вот он от обид и уехал.
Допев до конца, и увидев, что его зовут, тот охотно подошел к столику. Познакомились и еще выпили за «молодоженов»…
– Был я в твоем Харькове на гастролях – хороший город и женщины красивые, – сказал артист.
– Как тебе здесь работается? – спросил Аркадий.
Певец скорчил кислую мину и ответил:
– Да какая это работа? Дерьмо! Петь перед пьяной публикой пару раз в неделю пошло и дешево! Вот я раньше гастролировал по всему Союзу, давал концерты на стадионах, в больших залах! Даже за рубеж иногда выезжал. Теперь, только здесь, я понял, почему Шуфутинский, Вили Токарев, Любка Успенская и другие возвратились назад. В России они настоящие «бабки» срывают, а в эмиграции грош нам всем цена. Давайте еще врежем, я сегодня петь больше не хочу.
Аркадий понял, что слишком задержался и ушел к своей невесте, а артист спросил Андрея:
– Тебе нравится здесь жить?
– Страна хорошая, красивая, но жизнь какая–то пресная и люди пресные. У нас там люди бедные, но более колоритные. И еще – динамики мне здесь не хватает. А ты давно здесь?
–Давно. В начале девяностых уехал.
Он обвел взглядом весь зал ресторана и сказал:
– Ты посмотри на этот ресторан. Он полностью отображает наше место в этом обществе. Австралы – те гуляют в Сити, в шикарных ресторанах, на берегу моря или на своих яхтах, а наш удел здесь ютиться. Ты посмотри на эту веселую публику. На этих мигрантов. Мало кто из них здесь самоутвердился. Вся жизнь их – это жизнь в рассрочку и в ожидании светлого будущего. И машины, и дома, и вся их жизнь – все взаймы! И все беспросветно пашут. Зато когда на родину звонят или пишут, так сладко треплются, что у них все прекрасно! Еще я заметил одну некрасивую вещь. Мне кажется, чтобы самоутвердится в правильности своего выбора некоторые из наших получают удовольствие, что там плохо. Чтобы не мучили сомнения: «Правильно ли я сделал или нет». В России жизнь налаживается. Там хорошая команда питерских ребят подобралась. А у нас в Украине по–прежнему одна фантасмагория. Политики совсем совесть потеряли и сделали страну посмешищем для всего мира. А украинцы хороший народ. И трудолюбивый, и талантливый. Только аморфный очень и гордости не хватает.