С Бреста каким–то поездом добрались до Минска. И там уже пересели на прямой до Харькова. Дорога предстояла длинная. Они с Виталием сходили в вагон – ресторан и прилично пообедали. После выпитого напарник расслабился и разоткровенничался:
– Неплохо я на этот раз съездил. А как ты? Хорошо наторговал?
– Подарков накупил жене и сыну. Но больше я уже не поеду торговать.
– Барахло – это че–пу–ха. Стоит ли ради этого в такую даль ехать?
Андрей спросил:
– Я не пойму тебя, ты зачем вообще ездил?
После длительной паузы Виталий, глядя в окно на болотистую местность Полесья, ответил:
– Ладно, я вижу ты человек нормальный, тебе можно сказать. Только по секрету. Договорились? Да, я доволен этой поездкой. И даже очень.
И, нагнувшись к уху Андрея, прошептал:
– Я таскаю через границу драгметаллы, которые мне сбрасывают после переплавки плат с оборонных заводов – платину, золото и прочее. Товар не емкий, зато эффект приличный. Меня уже многие ждут в нашем городе, выглядывают. Если государство дурное и этому разоружению не может дать толк, то кто–то должен взять это на себя! Только ты никому ни–ни! Понял? Вот сейчас ребята дали задание найти красную ртуть. Ты случайно не знаешь где достать и что это такое.
– Да я даже и не слыхал ничего о такой ртути.
По поезду объявили, что в последнем вагоне имеется видеосалон. От нечего делать они сходили туда дважды. Днем посмотрели американский боевик со Сталлоне в главной роли, где он круто громил советских солдат а Афганистане, а поздно вечером включили отъявленную, довольно–таки грязную немецкую порнуху. В общем, приобщились к западной культуре.
Еще в Минске Андрей звонил домой и узнал, что Зина с сыном у родителей. Ожидать электричку было уже невмоготу, поэтому он схватил такси. Быстро добрался до поселка, перемахнул через забор и громко постучал в дверь. В окнах горел свет, и было видно, что Зина готовилась купать сына. В доме Андрей обнял жену и подошел к Саше, сидящему в ванночке. Малыш внимательно посмотрел на него небритого, узнал в нем отца, и его лицо засияло улыбкой. Андрей выхватил своего сыночка – этого толстенького, пухленького, родненького малыша и всего, всего расцеловал.
Господи! Какое же это счастье иметь семью и такую кроху – сыночка.
– А у нас большая новость – сказала Зина – Мы уже сделали первые шаги!
*****
По приезду из Польши, Андрей окончательно понял – надо что–то предпринимать, необходимо что–то менять в жизни. Семья ведь обязывает. На мягкий, плавный переход от плановой экономики к рыночной у новых руководителей ума не хватало. Народ был брошен в неизвестность под названием "шоковая терапия". Были отпущены на волю цены, государство их больше не регулировало. Началась бешеная инфляция.
На работе Андрей встретился и поговорил с более – менее толковыми прорабами. Всем хотелось перемен в коллективе. Одни просто были трусами и не могли пойти против начальства, а другие лавировали и заняли выжидающую позицию. Лишь четверо были настроены решительно идти к руководству и поговорить начистоту.
Начальник был предпенсионного возраста, стандартный ставленник райкома партии. Как говорится "звезд с неба" никогда не хватал, был отъявленный перестраховщик и трус, и при этом большой взяточник. Предприятие имело много свободных производственных площадей, на которых можно было наладить выпуск столярных изделий, железобетона, металлоизделий и всего прочего для нужд населения. Но вместо этого начальник раздал эти площади всевозможным кооперативам в аренду, за которую большую часть денег оставлял себе. Списывалась и продавалась техника – автокраны и самосвалы и было еще много "темных" дел и делишек, о которых коллектив знал, но молчал.
Руководитель их встретил настороженно. На прямые вопросы долго юлил, изворачивался и откровенно врал. В конце разговора, видя, что никакого толку нет, они разругались и вышли. Ребята покурили и стали спрашивать Андрея:
– Ну, что дальше делать будешь?
– Я лично в этого старого пердуна не верю, никаких перемен от него ожидать не стоит. Своих детей он давно в медицинском выучил, ни к чему стремиться не будет, да и не способен. Будет потихоньку дальше воровать и доживать свой век. Предлагаю завтра всем написать заявление на увольнение и собраться у меня на участке потолковать. Будем открывать свою фирму.