Однажды они с Федором поехали на телеге к леснику решить вопрос леса. Засиделись за бутылкой допоздна. Когда жена лесничего намекнула мужу, что тому завтра рано вставать, стали подниматься и вышли на улицу. В ночной темноте были видны только два фонаря на столбах возле сельсовета и школы. Мертвую тишину иногда разрезал лай собак. Лесничий, прощаясь, сказал:
– Приятно было с тобой Андрей познакомиться. Хорошее дело ты решил делать. Я вам помогу в ваших делах. У меня есть «загашник» сухой сосны. Приезжайте через пару дней на пилораму, я там буду вас ждать. Дорого не возьму.
И уже веселее на прощание:
– Только езжайте прямо домой, никуда не заезжайте. У нас здесь в деревне баб одиноких много, но и заболеваний всяких плохих тоже много. Может даже больше, чем в вашем городе.
Лошадка из–за плохой дороги плелась медленно, поэтому ехали долго. Федор сидел впереди, иногда похлестывал коня. Рассказывал о своей деревне в Курской области, которая до сих пор ему снится. О своей матери, к которой давно надо бы съездить и проведать. Андрей лежал сзади на соломе и слушал речи Федора. Потом они проникновенно пели Есенина: «Ты жива ль еще моя старушка? Жив и я, привет тебе, привет».
Приехав, искупались в теплом пруду и завалились спать.
Поскольку в это время полным ходом шла уборочная, то Андрей наблюдал следующую картину. Чтобы не гонять комбайны туда–сюда, комбайнеры оставляли свою технику под присмотром Федора на ночь. В основном это были молодые ребята, которые в течение дня за ворованную пшеницу зарабатывали несколько бутылок водки или самогона. Вечером после работы четыре комбайна съезжались. Механизаторы были все грязные. Они кое–как ополаскивались в пруду и садились под кусты «бухать» – пропивать заработанное за день. Часто они звали Федора и Андрея. Шли примитивные и бестолковые разговоры. В основном рассказы, кто, куда попал по пьянке и что там было. Потом уже в сумерках за ними приезжала бортовая машина, водитель которой тоже садился в круг, выпивал граненый стакан водки и забирал всю развеселую кампанию. Под гики и крики залезали в кузов и машина, включив фары, уезжала прямиком по полям в село.
Рано утром машина опять привозила этих «героев битвы за урожай» и те снова садились под куст, дружно опохмелялись и уезжали работать, чтобы засыпать в закрома Родины зерно нового урожая. За услугу по охране техники директор совхоза пообещал Федору несколько мешков пшеницы. И свое обещание он выполнил.
Андрею пришлось немного пообщаться с этим руководителем. Он был единственный в деревне, кто почти всегда был трезвым и выглядел свежо. В белой рубашке с запахом хорошего одеколона и за рулем иномарки – внедорожника.
– Современный помещик, – сказал Федор, глядя вслед уезжающему директору. – Имеет огромный дом, дачу на берегу водохранилища со своей пристанью для яхты и моторных лодок. Детям квартиры купил в городе, повыучивал их в университетах. По заграницам летает, и все это за счет этого бедного люда. А совхоз, кстати, по–прежнему называется «Путь Ленина».
Уезжал Андрей оттуда с плохим чувством. Вскоре в городе появился Федор и попросил оплатить счет за трактор, который он нашел в каком–то автопредприятии. Пришлось оплатить.
При этом Андрей почувствовал неодобрение своих учредителей фирмы. Но уже ввязались в это дело, и надо было доводить его до какого–то логического конца.
*****
Он уже давно хотел встретиться со своим давним другом, который жил в другом районе и всю свою жизнь проработал в сельском хозяйстве. Нужен был его совет. Они познакомились много лет назад при странных, почти анекдотических обстоятельствах.
Была у Андрея одна заветная мечта, о которой он почти ни с кем не делился, но упорно шел к ней – увидеть Париж. В те годы побывать там – была очень большая проблема. Все положительные характеристики с работы, за подписью председателя постройкома, секретаря партийной организации и заверенные в райкоме партии у него давно уже имелись. Но в отделе иностранного туризма, куда он регулярно захаживал, ему отказывали. Туристических групп во Францию было мало. Взамен ему постоянно предлагали Болгарию или другие страны социалистического содружества. И вот, наконец–то, с помощью друзей из профсоюза строителей и после долгих проверок, Андрей был зачислен в группу круиза вокруг Европы. Это было здорово! Ведь одним махом он может побывать в семи странах! Отъезд группы планировался в начале ноября.
Параллельно с этим, коллектив управления поручил ему заниматься ремонтом здания «Агропрома» в одном из сельских районов. Взамен руководство этого района пообещало выделить землю под садоводческое товарищество. Поскольку он собирался в отпуск, то работа была проделана быстро, начальство было довольно и вскоре на руках у него были бумаги об отводе семи гектаров земли для дач за подписями председателя райисполкома и главного землеустроителя района. Осталось только подписать эти бумаги у хозяина этой земли – председателя колхоза.