Андрей тоже любил литературу, в жизни много чего перечитал, но безсистемно. У Наташи же все было разложено на свои «полки» и она на все имела свой индивидуальный взгляд. Одинаково с любовью относилась и к украинским, и к русским писателям. Очень переживала, что повсеместно закрываются библиотеки, что все меньше издается настоящей хорошей литературы, что много печатается «чернухи», что молодежь все меньше читает. В украинских школах до минимума свели часы русской литературы.
– Весь цивилизованный мир восхищается русской классической литературой, а мы, славяне, воспитанные с колыбели на этой литературе, перестали ее читать. Я работаю в обычной школе. Все больше чувствую, что предмет, который я преподаю, никому не нужен. Если кто–то что и читает, то это «Гарри Потера», «Властелина Колец» или «Код да Винчи» в лучшем случае. Много чтива еще худшего качества, много «дьявольщины» появилось которая направлена на разрушение наших православних христианских ценностей. Под воздействием кровожадных компьютерных игр, примитивной попсы, рока, который никогда, не у кого не может вызвать светлые чувства и голливудской киноиндустрии, идет дебилизация нашей молодежи. Наша нация, которая была одной из самых духовных и интеллектуальных наций в мире становится такой же пластмассовой «как и американская».
Андрей после паузы продолжил:
– Наше общество отказалось от прежних жизненных и моральных ориентиров. Мы отсекли прошлое, а взамен не создали ничего нового. Сейчас отовсюду хлынул культ агрессии, низменных инстинктов, насилия. Мне становится страшно за будущее моего сына. Мы, старшие, можем противостоять этому нашествию. А молодежь ведь духовно слабая, без жизненных ориентиров. Начинает подражать всему этому. Со временем можно и жизнь наладить и производства запустить, а восстановить культуру и нравственность будет очень трудно или вообще невозможно.
После купания в море Наташа продолжила:
– Еще я с тревогой наблюдаю, что падет умственное развитие у детей. Здесь виновных много: и пьянство родителей, и плохая экология, и модифицированные продукты, и ранняя половая жизнь. От занятия спортом все отвернулись и государство не способствует здоровому образу жизни.
– С нового учебного года предложили мне стать завучем, по приезду должна дать ответ. Не знаю, как поступить. Ответственность большая, боюсь, не хватит у меня сил. Часто сижу по ночам проверяю тетради учеников, а вечерами свет отключают. Да еще клубок семейных проблем. Я очень устала…Единственная радость в моей жизни – это моя доченька. Окончила институт, недавно вышла замуж. Хоть бы у нее была хорошая дружная семья.
Когда–то я мечтала и верила в то, что я смогу создать идеальный дом, идеальную семью, что я буду самой лучшей женой. «О, наши надежды, прекрасные птицы…» Ничего у меня не получается! Андрей, мой «душевный стриптиз», по–моему слишком затянулся.
И все же, как ни старались они «уходить» от своих семейных и бытовых проблем, а все равно к ним возвращались. Им нужно было просто выговорится, слишком много груза было в их душах.
Из рассказов Наташи Андрей узнал, что она рано вышла замуж. Ее муж прапорщик в одном из военных училищ города, бывший «афганец». После ранения и лечения в госпитале, вернулся с нарушенной психикой. Много стал пить, и дебоширить. Недавно Наташа узнала, что у него уже давно есть любовница – продавщица военторга.
– Я молодая была, наивная. Когда мы с ним познакомились, мне он показался таким таинственным, интересным. Ему очень шла военная форма. В званиях я не разбиралась, да мне и неважно было, сколько у него на погонах звездочек. Строил он из себя чуть ли не Джеймса Бонда. А потом оказалось, что он напыщенный, примитивный недоучка. Убежал с деревни на легкую городскую жизнь. Ни интересов, ни стремлений у него никогда не было. О какой поэзии, литературе можно говорить. Я иногда пишу стихи для себя. Об этом почти никто не знает. Однажды в компании моя подруга упросила меня прочесть стихи. А мой муж в это время взял мухобойку и стал гоняться за мухами. Смешно?
– Не очень.
– Я перед отпуском перебирала вещи и нашла целую сумку писем и дневников, которые писала своему мужу в Афганистан. Если бы ты знал, сколько в них было любви и нежности, сколько было веры и надежды на счастье. Какая же я была наивная и глупая. А сейчас меня «благодарит» за все. Такие, концерты устраивает, что и рассказать стыдно. У меня есть подозрения, что он в Афганистане пристрастился к наркотикам и до сих пор балуется этим. Приеду домой и начну окончательно решать, что делать дальше. Вот такая нелепо–грустная история моя. Я не хотела говорить, но ты уже несколько раз спрашивал.