Парень со словами:
– Извините, фальшивые баксы гуляют на рынке, – стал тщательно рассматривать купюру, изучать и подносить на свет, проверять водяные знаки. В это время подошли двое. Стали быстро говорить:
– Вы что тут совсем очумели? У вас, что крыша поехала? Вон менты направляются сюда!
«Меняла» быстро возвратил деньги и со словами:
– Шухер! – шуганул в толпу.
Андрей почувствовал неладное и он не ошибся. В руках у него была однодолларовая купюра. Ошибкой «менялы» было то, что одет он был в приметную яркую куртку. Оглянувшись и увидев погоню, стал убегать, разметая всех, кто попадался на его пути, при этом петляя между киосками. За третьим или четвертым киоском Андрей настиг «кидалу – менялу», схватил за шиворот и прижал к стенке.
– Что же ты такой молодой, шустрый, а бегать быстро не умеешь?
– Все, все, извини – облом получился. Отдаю. Только шуметь не надо, – хекая, выдавил он.
Андрей увидел, что вокруг них уже собралась толпа зевак и компаньонов – подельников, таких же менял. Один из них сказал:
– Лучше вам разойтись по–мирному. Не надо сюда «мусоров» впутывать. Отпусти ты его по добру.
– Ладно, хрен с вами – шпана базарная. Возьми свой бакс, давай мою сотку.
Обменялись долларами, толпа расступилась, и они разошлись. Самое удивительное было то, что совсем рядом, на расстоянии каких–нибудь пятидесяти метров находилось городское управление милиции.
Дальше его путь лежал в районный суд. Необходимо было решать бракоразводные дела. Суд находился в старинном, угрюмом здании, дореволюционной постройки. По внешнему и внутреннему виду оно явно не походило на дворец правосудия. Внутри, в обшарпанных и грязных коридорах толпился всякий люд, которого привело сюда неуважение, непонимание или незнание законов этого государства.
Возле зала заседания суда толпилась большая и крикливая толпа цыган. «Наверное кого–то заловили за торговлю наркотиков, и они не смогли откупится», – подумал Андрей.
Выстояв очередь к своему судье, он наконец–то зашел в кабинет. В маленькой комнате за столом, заваленным папками и бумагами, сидел полный мужчина средних лет с бесцветными, ничего не выражающими глазами. Он что–то долго писал, потом поднял голову и бросил:
– Я вас слушаю, – и опять продолжил свою писанину.
– Я был уже у Вас. Вы должны были рассмотреть мое заявление о моем разводе с женой.
– Я никому ничего не должен, подбирайте выражения.
– Извините.
– Ожидайте повестки в суд. Мы назначим день и будем рассматривать ваше заявление.
– Вы, пожалуйста, вспомните. Я был у вас месяц назад и просил, чтобы рассмотрели мой вопрос просто так – без суда. Не хотел бы встречаться со своей бывшей женой. Мне это неприятно. Уезжаю в длительную командировку и поэтому прошу вас побыстрее решить мой вопрос. Я отблагодарю.
Судья бросил писать:
– Да–да–да, припоминаю вашу просьбу. Мы вызывали вашу жену, и она написала соответствующее заявление.
Он долго искал необходимую папку на столе, потом на подоконнике и, наконец–то, нашел ее на приставном стуле, где тоже лежала стопка «дел».
Прочитав два заявления, спросил:
– Может быть, все–таки помиритесь с женой?
– Нет. Это уже никак невозможно. Мы разводимся вторично.
– У вас действительно сложный вариант и далеко все у вас зашло. Но ведь сын растет…
– Сына я люблю и всегда буду о нем заботится.
– Ясно с вами, – медленно проговорил судья, долго еще смотрел на бумаги и затем обратился к Андрею.
– А где вы работаете? Здесь не указано.
– Я строитель, но временно пока не работаю.
– Вижу, что вы человек нормальный и ваш вопрос, я думаю, смогу решить так, как Вы просите. А вы не смогли бы мне помочь в строительстве моего дома? Здесь недалеко, в пригороде. Понимаете, никак не могу достроить. Всё руки не доходят.
– К сожалению никак не могу помочь Вам. Ведь я же сказал, что уезжаю в длительную командировку, и меня очень поджимает время.
– Да, жаль. Ну, тогда обратитесь к моему секретарю. Я ей дам соответствующее указание. До свидания.
В комнате судебных секретарей сидело пятеро модно и ярко одетых, накрашенных молодых девиц. После того, как Андрей назвал фамилию судьи, одна из них откликнулась:
– Это ко мне. Обождите минуту, – и продолжала при этом еще довольно долго трепаться по телефону. – Вчера мой новый ухажер водил меня в ночной клуб на Бориса Моисеева. Представляешь, какая хохма была – в конце выступления он повернулся задом к публике, дернул шнурок, с него упали штаны, все увидели его голую, напудренную задницу. Все просто обалдели. Прикол получился классный!