Возле машины, которая увозила «дембелей» на ближайшую железнодорожную станцию, Андрея дружно качали, подбрасывали в воздух и «салаги», и одногодки. Прапорщики и офицеры стояли в стороне и смотрели на это удивленно.
По возвращении домой встретилась ему Ольга. Но это уже иная история и другой этап его жизни. А сейчас пора уже и уснуть. Ведь скоро утро.
На второй день Андрей старался побыть с родителями подольше, поговорить обо всем. Но вечером пришло время расставания. Родители, как всегда, хотели наложить полную сумку продуктов, но потом поняли, что это уже ему не нужно.
Они довели его до конца улицы.
– Все, синок. До станції ми не підемо. Ноги вже старі, немощні стали і рана розболілася. Давай прощатися! Нехай тобі Бог допомагає.
– Інколи пиши, – сказала мати.
Они обнялись, расцеловались. Андрей отошел немного и оглянулся. В сумерках стояли понурые и сгорбившиеся его «старики». Они поддерживали друг друга и вытирали слезы.
У Андрея тоже перехватило дыхание. Он помахал рукой, повернулся и зашагал к станции.
*****
За три дня до отъезда Андрею остро захотелось пойти в церковь, где он крестился.
Дождавшись окончания литургии, он подошел к отцу Александру. Тот внимательно выслушал и сказал:
– Вообще–то я не одобряю эмиграцию, но если ты уже окончательно это решил, то приходи завтра пораньше. Я тебя поставлю вот здесь по центру Храма, под куполом, и проведу обряд миропомазания. Там, в дальней стороне, куда ты полетишь, это будет тебе помогать. Господь будет тебя оберегать. Передай Госоподу путь свой и уповай на него.
ГЛАВА XI
В шесть часов вечера Андрей стоял на условленном месте, возле памятника Шевченко. Еще издали заметил Наташу, которая шла по алее парка своей энергичной, стройной походкой. При ее виде сразу накатила светлая волна, на душе стало тепло.
– Ты чего так улыбаешься, – подойдя, спросила Наташа.
– Да вот в который раз почувствовал, что я тебя люблю. И еще в очередной раз удивился, как наши женщины на такие маленькие зарплаты умеют так красиво одеваться.
– Ты тоже сегодня выглядишь шикарно.
Андрей протянул цветы:
– Это тебе.
– Спасибо. Какая сегодня программа?
– Здесь рядом открылся новый ресторан «Метрополь». Говорят, лучший в городе. Приглашаю.
– Ну… не знаю. Я не готовилась. Может, пойдем куда попроще. Ведь там дорого.
– Ты всегда выглядишь неотразимо и без подготовки. Это первое. А во–вторых, я продал дачу и квартиру. Деньги есть, гуляем сполна.
Они прошли через скверик по ярко освещенной аллее к ресторану. Дверь им открыл здоровенный негр с белозубой улыбкой и в фирменной одежде с лампасами.
Огромный зал ресторана был в нескольких уровнях. На эстраде музыканты в безупречных белых костюмах играли тихую красивую мелодию.
Посетителей было мало. Вместе с белоснежными скатертями, белыми колоннами и передниками официантов, безупречной сервировкой столов – все навевало респектабельностью. Публика за столиками сидела солидная.
Меню было очень объемное и поэтому, долго не вникая, они заказали молодую телятину в винном соусе, салаты из морепродуктов и настоящее французское «Шардоне».
Наталья первая сказала тост:
– Дорогой, любимый мой человек! За то время, что мы узнали друг друга, наша жизнь, то сближает нас, то удаляет. То, что мы опять с тобой встретились перед твоим отъездом – это далеко не случайно. И вот ты улетаешь, покидаешь меня. На этот раз, наверное, надолго. По крайней мере – ты так настроен. Завтра на вокзале тебя будут провожать друзья и много чего говорить. Но знай одно – никто и никогда тебя так не будет ожидать назад, как я. Никто и никогда тебя не любил, и не будет так любить, как я. За тебя, мой дорогой! Пускай хранит тебя Бог и моя любовь!
– И еще немного погодя добавила: на вокзале меня, пожалуйста, не жди. Я обязательно разревусь и испорчу тебе отъезд. Извини.
Ужин прошел тихо и грустно. Заказав у официанта с собой бутылку вина, они вышли и пошли к метро.
Ввиду позднего времени на станции метро «Университет» было пустынно. Молодой скрипач, наверное, студент консерватории, сыграл свою последнюю мелодию. Стал собирать те небольшие деньги, которые набросали ему в футляр и хотел уже уходить.