*****
В «Борисполе» было еще несколько часов до вылета.
– Пойдем, брат, поищем харчевню хорошую. Хочу напоследок украинского борща покушать. Да и выпить нам надо на прощание.
Нашли тихое кафе для летного состава. Расположились в укромном месте. Толстушка–официантка разрешила им распить свою бутылку водки:
– Тільки хлопці обережно розливайте, у нас тут не положено. А закуску и борщик я зараз вам принесу. Тільки зварили – свіженький, добренький. Ви будете задоволені.
– Спасибо, Толя, что ты сейчас со мной. Держись, не спивайся, знай меру. Тебе может еще придется внучат нянчить. Просьба у меня к тебе есть… Понимаешь, ведь я, улетаю не в Европу, а действительно на край света. И всякое может случится… Что–то у меня сердце в последнее время барахлить стало, да и возраст уже определенный. Неизвестно что получится из моей затеи. Подстрахуй меня, если что. Я про сынишку моего. Его мать навряд ли сможет поставить Саньку на ноги. Я уже не говорю, чтобы воспитала настоящего человека. Скоро у него так называемый переходный возраст подойдет, а вокруг видишь что творится.
– Хорошо. Будь спокоен. Он будет в поле моего зрения. Я не подведу. Буду иногда в школу к нему заходить.
Перед регистрацией Андрей снял с себя пальто, отдал Анатолию.
– Возьми, пожалуйста. Мне уже не надо. Вот еще немного украинских денег осталось.
Достал из сумки плащ, надел, обнял брата и пошел на регистрацию.
Уже идя по трапу, возле самого самолета чуть остановился, посмотрел на заснеженные поля вокруг взлетной полосы, лесок невдалеке с голыми грустными березками.
– Прощай Украина! Неизвестно когда еще мы с тобой встретимся, – сказал тихо и быстро вошел в самолет.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
БЕРЕГ НАДЕЖДЫ
ГЛАВА І
Андрей открыл глаза. Салон самолета был залит ярким солнечным светом. Компьютер на экране выдавал, что уже скоро Мельбурн. Перелет, конечно, был длинным и утомительным. Запомнилась Прага со светящимися елочками в аэровокзале, суперсовременный аэропорт в Дубае с пальмами, огромный и душный аэропорт в Бангкоке. Но главные впечатления, наверное, впереди…
В иллюминаторе показался огромный город, который раскинулся вдоль залива Тасманского моря. В аэропорту доброжелательный, но жесткий контроль пограничников, таможенников и карантинной службы. Наверное, правильно они делают, что так оберегают свой Зеленый континент. Отобрали две банки икры. Не положено. Украинскую горилку с перцем – оставили.
Как и было обещано, его встречал Семен. Загорелый, в шортах, кроссовках и пестрой майке, как и большинство вокруг. Несмотря на раннее утро, солнце уже припекало. Огромный аэропорт, вокруг море автостоянок. Преобладают в основном японские и американские машины. Сели в такси «Форд «Фалькон», его рабочую машину, и помчались по шикарной скоростной автостраде в город. Отвечая на дежурные вопросы типа «Как долетел?» и «Какая погода в Харькове?», Андрей с интересом смотрел по сторонам. Левостороннее движение. Четыре полосы туда, четыре обратно, посередине клумбы с цветами, на обочине трассы эвкалипты и пальмы. Все отличалось какой–то первозданной свежестью и яркостью красок.
– У вас что – здесь вчера дождь прошел, что вся зелень такая свежая? – спросил Андрей.
– Да нет. Дождя не было. У нас постоянно так.
Вдали показался Сити – американизированный административный и культурный центр города. Высотки были не выше 40–50 этажей. Блеск стекла и алюминия в окружении пальм и рядом море. Красота! Немного проехались по набережной. Длинные песчаные пляжи, ласковое неглубокое море. Людей почти нет. По пляжу ездила машина и просевала песок.
– Странно, почему пляжи пустынные?
– Ну, во–первых, сегодня рабочий день. Здесь бездельников мало, все работают. Во–вторых, купаться многие ходят вечером, после заката, когда солнечная радиация поменьше. И у многих богатых людей имеются свои бассейны. Поживешь здесь – разберешься во всем сам.
Въехали в спальный район города. Тенистые улицы, много широколистых платанов. В основном 2–х и 3–х этажные особняки. По центру равнозначного перекрестка красовалась круглая клумба без светофора. Дальше вообще непонятно. Посередине улицы за счет двух клумб с пышными цветами произошло сужение дороги до прохода только одного автомобиля.
– Это для того, чтобы гасить скорость для лихачей. Чтобы было тихо, и люди могли спокойно отдыхать, – объяснил Семен. – Этот район называется Балаклава! Мы тебе подыскали квартиру, потому что рядом метро и здесь проживает много русских. До моря недалеко. Есть здесь еще улицы Инкерман и Севастополь. Так назвали англичане, воевавшие в Крымской войне. Это, конечно, не фешенебельный район, но квартиры здесь дешевле и с твоим знанием английского жить будет немного легче. Вообще, если хочешь остаться и чего–то добиться, то необходимо купить хотя бы дешевую машину и основательно учить английский. Город раскинулся на 120 километров, метро хоть и имеет более десяти линий, но всю территорию не охватывает. На работу без машины сложно устроиться. А английский – это вообще главный капитал, с которым необходимо сюда ехать. Вот мы и прибыли.