Доробо пошли навстречу Дауэру и сообщили ему, что знают одного такого льва. Они называли его «марози». Затем выяснилось, что и другим горным народам известны подобные звери, вероятно, мифические. Например, упоминали о звере, представлявшем собой нечто среднее между львом и леопардом, а в долине реки Убанги есть аналогичное животное, именуемое «баканга». В окрестностях вулканов Муфумбиро водится хищный зверь, именуемый «икимизи» — также полулев, полулеопард.
Все это чрезвычайно заинтересовало Дауэра, и он с энтузиазмом взялся за дело. Ему пришлось немало помокнуть под холодными ливнями в горах, пока он не обнаружил следы, которые с натяжкой можно было бы приписать взрослому, хотя и меньших размеров, чем обычный, льву. На какое-то потрясающе короткое мгновение удалось перехватить взгляд промелькнувшего в зарослях низкорослого льва, казавшегося темнее обычного и, возможно, даже пятнистым.
После того как все попытки Дауэра поймать хотя бы одного такого зверя оказались неудачными, он был вынужден отбросить свою затею и прийти к выводу, что если в горах некогда и существовала популяция пятнистых львов, то со временем она настолько смешалась с массой обычных (которые в свою очередь были оттеснены в горные леса и на верещатники из предгорий, где расширились площади полей и поселений), что теперь уже нет надежды отыскать хотя бы одну такую особь. Обнаруженные впоследствии животные по цвету и размерам были совсем нехарактерными. Возможно, упомянутые шкуры львов, на которые опирается приведенная выше версия о частичном меланизме, говорят о каком-то исключении, поскольку меланизм среди львов вообще не известен.
После того как поиск пятнистых львов изжил себя, распространилось представление о существовании обычных львов в зарослях вересковых. Там, наверху, в холодной среде у них якобы развивается такой волосяной покров, который делает их похожими на шотландских пони. Мне было трудно поверить, что львы вообще могут жить в столь неблагоприятной для них среде, пока я не увидела их там своими глазами.
На вездеходе я проехала через лес, пересекла бамбуковый пояс и выбралась на верещатники. Высоко в небе одно за другим проплывали дождевые облака, а в ручьях, рассыпаясь, звенели льдинки. На мне были свитер и плотная куртка, на голове платок и тем не менее я сильно замерзла. Мы находились на высоте более 3000 метров. Я озиралась вокруг в поисках темных сервалов, которых видела здесь прежде, а также приглядывалась к интересовавшим меня цветам и птицам. Внезапно мой проводник Кимати остановился. Мы оба молча уставились на заросли гигантских верескоцветных, уходящих вниз от нашей тропы. (Позже Кимати сказал мне, что за 25 лет работы в национальном парке он никогда не видел львов.)
Они лежали там — две львицы, наполовину скрытые в высоких зарослях. Как только мы остановились, они совершенно скрылись в зарослях, однако можно было разглядеть морду одной из львиц, следившей за нами из своего убежища. Мы долго ждали, но ничего не изменилось и наконец уехали, а вернувшись туда через пару часов, не обнаружили никаких признаков пребывания львов на верещатниках. Можно было бы побродить среди вересковых зарослей в тех местах, где были видны просветы, но ни у меня, ни у Кимати не возникло желания совершить такую прогулку.
Зверь, которого мы наблюдали одно мгновение, был довольно низкорослым, но не очень маленьким, оливкового цвета (так выглядят намокшие под дождем львы), однако я не заметила никакого сходства с шотландским пони. Сначала мне показалось, что львам было холодно и неуютно. Судя по их манере передвигаться и крайней настороженности, ясно, что по крайней мере у одной из львиц имелись детеныши.
Бедняги, подумала я, ведь им действительно не повезло: животные, приспособленные к существованию в саванне, вынуждены обитать в этой холодной глуши. Впрочем, никаких других лишений, кроме холода, они не испытывали: недалеко от них паслась группа водяных козлов 15, кроме того, для верещатников характерны постоянные популяции горных тростниковых козлов 16 и антилоп-дукеров, туда иногда забредает стадо буйволов. Львы предпочитают хорошо просматриваемые на большие расстояния верещатники лесам, где эти звери встречаются лишь эпизодически, да и то преимущественно во время миграций.
Однажды мне довелось услышать предположение, что все львы в горах Абердэр ведут кочевой образ жизни, но, поскольку я почти уверена, что у одной из увиденных мной львиц были детеныши, я склонна думать о наличии в этих горах постоянной популяции львов с определенным распределением участков.