Прошло очень много времени с тех пор, как люди покинули леса, и теперь трудно завязать настоящее знакомство с обезьянами, которых мы обогнали в развитии и оставили жить в лесах. Ныне там обитают три вида: павиан, изящный черно-белый колобус и мартышка Сайкса, подвид коронованной, или голубой, мартышки. Окружающая среда вполне подходит и для горных горилл: здесь есть, например, все растения, которыми они питаются, но, насколько известно, сами животные никогда тут не встречались. Крайнее восточное местонахождение их давно установлено: на западе Уганды (сохранились ли они там до сих пор, не выяснено) и в районе вулканов Вирунга в Руанде и Заире.
Среди приматов горилла и шимпанзе считаются наиболее близкими к человеку, но развитие этих обезьян несколько миллионов лет назад пошло самостоятельным путем. Человек произошел не от современных обезьян, основные формы которых имеют не более древний возраст, чем люди, а от более архаичных и менее специализированных приматов. Эта тема затрагивается в разделе о Серенгети, а здесь я упоминаю гориллу только в связи с теорией, которая основывается на том, что горилла и шимпанзе в ходе эволюции частично регрессировали, остались в лесах, площадь которых сократилась, тогда как древние человекообразные обезьяны при резких климатических изменениях на заре истории человека рискнули выйти на открытые плато.
В этой теории есть свой смысл. Лес играет защитную роль, но вместе с тем и изолирует. Там в избытке имеются травы, плоды, ягоды и съедобные коренья во все времена года, и, пройдя днем несколько километров, обычная обезьяна без особых усилий может обеспечить себя пищей. Наибольшая опасность исходит от леопардов, но в лесу много высоких деревьев и укромных убежищ. Густая и теплая шерсть защищает от холода. Во влажных лесах равнин и в окутанных облаками горных лесах сквозь деревья пробиваются солнечные лучи, согревающие обезьян.
Без чувства созидательной неудовлетворенности обезьяна вряд ли бы нашла повод покинуть леса. В те времена, когда далекие предки людей расселялись по открытым плато, а площадь лесов подвергалась значительным изменениям, гориллы отступали все дальше в глубь лесов и их развитие там приостановилось. В этом плане не исключено, что горилла может вымереть естественным путем. Ведь в процессе эволюции человек опередил многих своих сородичей из мира обезьян, и прежде всего других близких гоминидов, которые были обречены на вымирание. На заре антропогенеза существовало немало форм гоминидов, но выжил только один человек.
Хотя в генетическом отношении горилла стоит ближе всего к человеку, многие исследователи полагают, что человек унаследовал больше от павиана, если учесть в какой-то мере материалы по ранней истории антропогенеза. Подобно людям, павианы успешно освоили самые разные типы природной среды, и их образ жизни приспособлен к этим типам. Павиан также сходен с человеком по своей всеядности: исследователи установили, что он потребляет не только любую вегетарианскую пищу, но столь же охотно и мясо, если ему удается его раздобыть. Более того, некоторые павианы активно отлавливают детенышей антилоп и пожирают их. Такое поведение представляется явно приобретенным, поскольку установлено, что одни группы павианов едят мяса больше, чем другие. На основании имеющихся фактов исследователи предполагают, что потребление мяса становится все более обычным для павианов в естественных условиях.
Иногда выдвигались гипотезы, что мало специализированный привычный пищевой рацион дает людям еще одно преимущество перед остальными приматами и другими строго вегетарианствующими гоминидами. Любителю мясной пищи легче освоить чуждые природные обстановки, где флора неизвестна, и выжить. Соответственно павианы, обитающие на краю саванны, должны потреблять больше мяса, чем павианы, живущие в глубине леса, и поэтому возникло предположение, что лесные павианы — исключительно вегетарианцы. Но однажды я наглядно убедилась в том, что это не абсолютное правило.
Вместе с Кимати мы совершали обход леса. Мы спускались с горки на вездеходе с отключенным мотором. Из леса до нас донеслись возбужденные гортанные звуки. В них чувствовалась какая-то таинственность и тревога, так что в первый момент мы решили было, что это браконьеры, Кимати напряг слух, чтобы расслышать, о чем они говорят, и усмехнулся. «Это павианы!» — воскликнул он.