В определенной мере охотничий инстинкт является врожденным у всех кошачьих, но льву необходимы, кроме того, тренировка и практика, чтобы стать искусным охотником. Львы, выросшие в неволе и затем выпущенные на свободу, оказывались совершенно неспособными охотниками. В дикой природе львята получают первые уроки, следуя за самками на расстоянии и наблюдая за охотой. Нередко случается, что усердный детеныш расстраивает охоту другим, по ошибке выдавая свое присутствие и позволяя добыче уйти. Позднее львята принимают более активное участие в охоте, но инициатива остается за опытной самкой.
Во второй половине дня, когда ощущается дуновение прохладного ветерка, одна из львиц поднимает голову. Она встает и дружелюбно толкает другую самку, которая отвечает несколькими огромными зевками и потягивается так, что слышен хруст суставов. Пока они занимаются своим туалетом, остальные члены прайда тоже начинают пробуждаться к жизни на радость львятам, которые находят затянувшийся дневной отдых невыносимо скучным. Если львы накануне ели, ничего особенного может не произойти, но, если прайд проголодался, активность заметно возрастает. Самка внимательно вглядывается в горизонт и ближние окрестности и, увидев или почуяв что-то интересное, решительно направляется за добычей. Иногда за ней следуют одна или несколько других самок. Так начинается охота.
Когда львица, напрягая мускулы, выходит на охоту, она кажется очень уверенной в себе и никогда не знавшей поражений. Однако на самом деле это не так. Шаллер подсчитал, что лишь одна охотничья вылазка из пяти дает положительный результат. Антилопы в саванне развивались наряду с хищниками, и их бы теперь там не было, если бы они не выработали бдительность и быстроту, что поддерживает равновесие между обеими группами животных.
Лев обычно незаметно подкрадывается поближе к добыче и затем бросается на нее, делая несколько мощных прыжков. Если преследуемое животное увеличивает скорость и расстояние слишком велико, у льва нет никаких шансов на успех. Как и другим кошачьим, львам везет там, где нужна большая сила и скорость, но им не хватает выносливости, которая часто спасает зебр и антилоп от львиных когтей.
Об охотничьих повадках львов рассказывают много захватывающих историй. Говррят, что дев выходит на охоту против ветра, чтобы животное не почувствовало его запах, и что члены прайда действуют сообща: один или несколько из них лежат в засаде, тогда как другие усердно гонят к ней добычу. Возможно, что действительно так и есть, но на поверку выходит, что в целом успех охоты довольно случаен. По мнению Шаллера, направление ветра не играет особой роли и устройство засады отнюдь не всегда дает желаемый результат. Лев ловит свою добычу примерно так же, как домашняя кошка расправляется с птичкой: сначала сосредоточенно наблюдает за ней, потом ползком подкрадывается, используя мельчайшие бугорки для маскировки, и затем следует молниеносный бросок.
Люди, которые причитают по поводу жестокого и мучительного умерщвления жертв гиенами и гиеновидными собаками, единодушно одобряют поведение львов, считая, что они побеждают, как благородные спортсмены. Попадаются описания, в которых лев всегда убивает свою жертву, перебивая ей шею или перегрызая сонную артерию. Но на самом деле так получается далеко не всегда. При случае лев действительно перебивает шею, когда жертва падает навзничь, и укус в шею иногда приходится на сонную артерию. Иногда в результате затянувшейся борьбы смерть может наступить от удушья или многочисленных укусов. Когда жертва убита, лев вспарывает прежде всего живот и выбирает содержимое желудка, которое целиком или частично закапывает, а затем вгрызается в заднюю часть туловища и оттуда подбирается к голове и плечам, в противоположность леопарду, который почти всегда пожирает сначала голову и переднюю часть туловища.