Это и был голубой дукер — живехонький и словно сошедший с иллюстрации в определителе животных, с серо-голубой шерстью, с небольшими черными шипами на рогах, с темной полоской на морде и угольно-черными глазками-пуговками. Он наблюдал за нами с величайшей настороженностью. Голубого дукера — самую маленькую и пугливую антилопу-дукера, можно разыскивать полвека, да так и не увидеть.
Не знаю, кто больше радовался, Себастьян или я. Дукер обратился в бегство, а я сидела на камне и вздыхала.
— Это неразумно, — произнесла я наконец. — Не знаю, как ты ведешь себя. Я отказываюсь от антилопы-прыгуна.
Мы спустились по камням с холма, не думая о тишине и осторожности, как вдруг серо-коричневое животное с жесткой шерстью, пригнув голову, пронеслось, будто выпущенное из пушки ядро, вверх по склону, в сторону каменных развалов. Однако я успела разглядеть его: это была антилопа-прыгун. Прыгая по каменным выступам, она на миг замерла, приняв одну из балетных поз, вытянувшись на своих остреньких копытцах, и исчезла.
У меня перехватило дыхание, но день еще не кончился: на обратном пути к озеру я впервые увидела сервала-самца, который даже не числится в официальном списке животных Сумбу и которого Себастьян никогда прежде не видел.
С того дня я убедилась в том, что рогатые вороны приносят удачу. За все время пребывания в долине Лу-ангвы я никогда раньше их не встречала. Потом видела леопарда, какую-то редкую птицу, новорожденного слоненка и еще многих интересных животных. Наверное, я и леопарда никогда бы не заметила, если бы мне не повстречался рогатый ворон.
Когда позже я стала читать о народе биса, к которому принадлежал Себастьян, то узнала, что у них имеются и другие приметы и животные, приносящие удачу охотнику. Это может быть группа полосатых мангустов, шлемоносный сорокопут, орёл-скоморох или африканский марабу, шеренга муравьев-солдат или живой варан (мертвый означает неудачу).
Животные, приносящие неудачу, к счастью, довольно редко встречаются. К ним относятся водяной мангуст, кобра или какая-либо другая черная змея, турако с красными крыльями, черно-белые птицы, летящие с востока на запад, богомол — хищное насекомое, в совершенстве имитирующее небольшой сучок.
То, что маленький богомол рассматривается как вестник неудачи, само по себе крайне интересно, поскольку это главный образ в мифологии бушменов. Образ богомола Мантиса существовал чуть ли не со времён сотворения мира и благодаря своей хитрости и необычной способности к перевоплощению сумел многое сделать, когда создавался мир. Некоторые исследователи, как, например, У. Блик, показали, какое важное место занимал культ богомола у южных бушменов. Теперь факты говорят о том, что образ Мантиса постепенно стирается в сознании современных бушменов во всей области их расселения.
Археологи обнаружили следы бушменской культуры и в долине Луангвы. Совершенно ясно, что банту-язычные народы должны были вступить в контакт с коренными бушменскими племенами во время распространения их на территории нынешней Замбии. Мифология бушменов, вероятно, содержала много чужеродных элементов для бантуязычных народов, и бытующее у племени биса в долине Луангвы представление, что богомол приносит неудачу, может быть следом в коллективной памяти от контактов с коренными обитателями долины и их чужеродной и потому пугающей мифологии.
Прошло много времени с тех пор, как бушмены кочевали по долине Луангвы. Последняя группа бушменов-хукве в Замбии численностью несколько тысяч человек сохранилась на юго-западе Баротсе, большая часть которой проживает в полосе Каприви, вдоль границы с Анголой. Примерно треть бушменов Замбии поселилась в деревнях, остальные еще ведут традиционный образ жизни, занимаясь охотой и собирательством на территории площадью около 2500 квадратных километров, которая ежегодно урезается сопредельными племенами скотоводов.
Кроме бушменов-хукве, в Замбии сохранились остатки племени охотников и собирателей, утратившего родной язык и настолько смешавшегося с другими племенами, что его культура исчезла, но ее своеобразие сохранилось в памяти соседних племен, которые называли их тва. В Замбии остатки племени тва живут прежде всего на болотах Бангвеулу и Луканга. Они упоминаются в старой этнографической литературе, но трудно сказать, связаны ли они с древней бушменской культурой, распространявшейся на юге и востоке Африки. Как полагают некоторые исследователи, тва по происхождению скорее связаны с пигмеями, поскольку существуют нечеткие представления о пигмеях-охотниках, называвших себя акафула, которые жили к западу от реки Луангвы на территории нынешнего национального парка и были постепенно изгнаны проникшими туда племенами. Как мы видели, бушмены и пигмеи осваивали разные территории, но, поскольку некогда центральноафриканский лесной пояс простирался через всю Замбию, нельзя полностью исключить, что пигмеи могли населять лесные местности и в Замбии, тогда как бушмены обитали на более открытых участках.