Кйти, вспомнила Лейт это странное слово. Огненная река, протекающая под Тонхайром.
Тут же, недалеко от крыльца, лежало несколько трупов в одежде хильдской стражи. Невдалеке, на другой стороне улицы Лейт разглядела странное существо, медленно и невозмутимо шлепающее по лужам. На нем было какое-то не слишком удачно сидевшее человеческое одеяние. Существо, заметив ее внимательно-испуганный взгляд, вылезло из лужи кйти, и, постояв немного, будто бы решая, стоит ему с ней связываться или нет, невозмутимо потопало прочь.
Оно было чудное и странное, очень худое, с длинными когтистыми руками и лягушачьими лапами, с голубоватой чешуйчатой кожей. Его голова выглядела бы совсем человеческой, если бы не круглые выпученные глаза под тяжелыми веками, гладкий череп и прижатые к нему большие уши. Оно казалось неуклюжим и неловким, но двигалось складно и быстро.
Лейт долго смотрела ему вслед с гримасой отвращения, и уже собравшись возвращаться, неожиданно сообразила. Это же лайд! Именно так описывал лайдов Тэйн. Лайды? Утром? В городе? Кажется, они боялись только солнечных лучей, подумала она с горечью. Теперь солнце скрылось за красным туманом, и подземной нечисти стало больше нечего бояться. Неужели ночные тени, державшие в страхе Эргалон вот уже много дней, были именно лайдами? И сегодня ночью, когда последнее препятствие исчезло, они выбрались на поверхность?
Она шла по узким улочкам, перепрыгивая через блестящие лужицы, повсюду наталкиваясь на следы ночных столкновений. К счастью, среди тех, кто без движения лежал на вековых плитах мостовой, почти не было горожан — только хильды и лайды. И лайдов — не в пример меньше…
Услышав характерные звуки сражения, она вихрем промчалась через площадь. Там, где раньше было несколько хэльдов, целая толпа лайдов добивала хильдский отряд. В ход шло все — зубы, когти, булыжники, даже тела убитых; хильдский иллар, раненый, но еще живой, пытался призвать на помощь свое искусство, зажигая Знаки небесного огня, выходившие у него тусклыми, и швыряя их в противника. Лайды вопили и морщились от редких попаданий, но продолжали нападать с еще большей яростью.
Она миновала еще несколько мест, где продолжались мелкие схватки, кое-где хильды одерживали победу над лайдами, но перевес все же был на стороне подземных обитателей, и наконец добралась к дому, где жила Итта. Блестящих лужиц здесь почти не было, трупов тоже, зато окна и двери многих домов оказались либо распахнутыми настежь, либо заколоченными наглухо. Квартал обезлюдел, казалось, те, кто не успел уйти сам, были вынуждены спешно покинуть свои дома, и может быть, даже не по своей воле. С комом в груди она вбежала в дом и заколотила в дверь, выкрикивая имена его обитателей.
Ей открыли. К счастью, ночные призраки обошли дом стороной. Итта, за последнее время повидавшая всякое, ночной налет пережила равнодушно и очень обрадовалась возможности выйти на улицу и погулять с Лейт. Глядя, как девочка вприпрыжку скачет через блестящие лужицы, Лейт поняла, что дальше так продолжаться не может. В Эргалоне, где не осталось ничего прежнего от того радостного и оживленного города, в котором та родилась и выросла, теперь лучше не задерживаться.
Надо было идти к Риан Ал Джару. Пусть Джерхейн, обещавший забрать девочку к себе, поторопится.
Лейт медленно шла по непривычно безлюдным улицам, озаряемым красным багровым сиянием, выбирая самую короткую дорогу к Риан Ал Джару. Замок, возвышавшийся над городом угрюмой серо-желтой громадой, был виден издалека, и даже издалека казался безжизненным. К нему опасались приближаться даже хильды, и не только из-за нынешней печальной репутации бывшей королевской резиденции. Было в нем что-то такое… Жуткое. Поговаривали, что ночью там хозяйничают небесные дьяволы, а днем — призраки невинно убиенной королевской семьи, а вокруг замка бродят погибшие и неупокоенные души агвалларцев, защищавшие замок от его законного владельца, и хильдов, павших под стенами и внутри.
Под ногами она неожиданно обнаружила очередную блестящую лужицу и боязливо обошла ее. Рукоять кинжала на поясе привычно добавила ей уверенности, хотя Лейт сомневалась, что сумеет применить его против опытного воина. Хотя… до сих пор ей как-то удавалось защитить себя.
Что-то подозрительно блестело впереди, и когда она подошла совсем близко, то ужаснулась сильнее, чем при виде бордово-красного неба. Риан Ал Джар был окружен целым озером золотой субстанции, он вставал прямо из самой его середины, угрюмый и величественный, освещенный тусклыми багровыми отблесками и ярким сиянием огненной лужи. Это странное вещество затопило все подступы к замку, оставив сухим только узкий перешеек единственной дороги. Поверхность сияющего озера не была ровной — то и дело на ней образовывались пузыри и воронки, иногда выбрасывались тонкие щупальца, похожие на многопалые человеческие руки.
С трудом поборов отвращение, она подошла к самой кромке озера. Потом, уверив себя, что ничего страшного с ней не случится, торопливым шагом, почти бегом добралась до Солнечной башни и, пройдя через ворота, очутилась в дружинном дворике.
Тягучая, неестественная тишина обволокла ее, парализовав волю. Здесь было пусто и сумрачно, разрушенные постройки и вывороченные камни успели покрыться рыжеватой пылью, клубы которой разносились слабым дуновением ветра. Она испуганно попятилась обратно, краем глаза уловив в простенках какое-то движение. Тени — лайды мелькнули и исчезли, оставив после себя облачко рыжей пыли. Передернувшись от отвращения, она шмыгнула под защиту стен Солнечной башни и поспешно завязала на решетке центральных ворот ярко-красную ленту. Потом, не оглядываясь, бегом бросилась прочь.
Назад она оглянулась, только оказавшись в городе. И опять — сумрачный вид пепельно-серой громады, окруженной золотистым сиянием кйти на огненно-красном небе, заворожил ее своей гибельной красотой. Сколько Пришествий выдержал этот замок, сколько осад и падений, горящих Кругов, сколько человеческого безумия — ненависти и страха, боли, радости, торжества повидал он на своем очень длинном веку? Вот и теперь, наверно, он выстоит, вопреки всем катаклизмам. Лейт печально улыбнулась, представив себе мир после Пришествия, голый и безлюдный — и роскошный, торжественный и неприступный королевский замок, никому не нужный в своем гордом и одиноком великолепии.
Некоторое время она глядела на эту картину, затаив дыхание, и потом решительно отвернулась, собираясь возвращаться домой.
И чуть не врезалась в человека, незаметно подошедшего совсем близко к ней.
— Это кйти, — сказал он негромко. — Вышла на поверхность. Вместе с лайдами, — усмехнувшись, он поддержал оступившуюся Лейт под локоть. — Знаешь, что они делают с трупами?
Лейт пожала плечами.
— Ведь не едят же? — спросила она с омерзением, осторожно вытаскивая локоть из жесткой хватки Вельга. Он отпустил ее, и, повернувшись спиной к замку, повел вниз по узкой улочке в направлении центра города.
— Стаскивают сюда, к озеру, и бросают в него. Кормят кйти. Интересно, Харриаберт уже забрался в замок или еще нет?
— Зачем ему это? — удивилась Лейт, вспомнив тени лайдов в Риан Ал Джаре и оглядываясь назад.
— Дьявол его знает, — хмыкнул Вельг. — Поди пойми логику сумасшедшего. Зачем ему вообще вся эта война лайдов с людьми?
— С хильдами, — поправила она.
— На местных они тоже нападали, — парировал Вельг. — Кстати, разве хильды не люди?
Лейт поморщилась.
— Захватчики, — сказала она.
— Харриаберт сам — хильд. Нужно быть безумцем, чтобы натравить этих зверенышей на своих же соплеменников, — продолжил Вельг. — Знаешь, что мне кажется… здесь не обошлось без Ройга.
— Может быть, — прошептала Лейт.
— Кстати, ты не знаешь, где он может находиться? — поинтересовался Вельг с делано равнодушным видом, но она догадалась, что на самом деле этот вопрос волнует его гораздо больше выступившей на поверхность кйти и странного поведения Кельхандара.