- Э-э-э… - затянул любимую песню Йторн.
- Скряга ты! – Укорил приятеля Гром. – Ан некрасиво совсем!
Медвежья стая натрапезничалась, приступила к возлияниям и исполнению душевных песен, состоящих в основном из «ой-я, гой-я, эх-хе-хе». Гвалт стоял такой, что заболели уши. Я незаметно выскользнул во двор, в относительную тишину. Впрочем, уходил бы, переворачивая на ходу стулья и ругаясь во весь голос, никто бы не заметил. Кромяне веселились, отдыхали.
Снаружи окончательно стемнело. Как всегда сильно пахло водорослями, дул легкий освежающий бриз. Очень освежающий! Я поежился.
Звездное небо, чистое, без единого облачка, отражалось в морской глади.(Хм! Разве море бывает столь гладким?!) Или то светился планктон? В любом случае, очень красиво, поэтично и умиротворяюще. При других обстоятельствах.
Над нашим островом, мирно плывущим сквозь звездную бездну, метрах в десяти-пятнадцати выше и чуть в стороне висела громада плохо различимого в темноте «транспорта» кромян – тоже острова, судя по очертаниям. От него спускались вниз толстенные цепи числом три или четыре – я не разглядел – и крепились к вмурованным в камни массивным дугам из гладкого и теплого на ощупь сплава. Устройство захвата являло собой не якорь, а обычный крюк с фиксатором от соскальзывания. Ну, и трап – как без трапа-то? - сиречь обычная веревочная лестница с деревянными перекладинами, как в любом фильме про моряков, пиратов и корабли. В реале такую лестницу не видел, так что рассмотрел и потрогал с любопытством – скользкая, чуть влажная; канат колючий, размочаленный, должно быть от частого использования. Рискнул бы я спуститься по такой с высоты третьего этажа, да на ветру и ночью?.. Не уверен. Не то чтоб высоты боялся, но на риск без особой на то нужды не склонен.
Взвизгнула дверь. (Неистребимый звук, не заглушаемый даже громогласным весельем в таверне!) Йторн вышел во двор с фонарем-шаром в руке. Огляделся вокруг.
- Яр! – позвал негромко. – Ты где, Яр?
- Здесь, - буркнул я, усаживаясь на причудливо изогнутую ветку старого дерева. О! Удобно как! Прямо скамейка! Или… Или и правда скамейка, любовно выращенная тут – ничему уже не удивлюсь, после слов тавернщика, что еда сама у него растет. Где-то там.
Сюр какой-то! Еда растет, дома растут, острова летают, море горячее! Я сошла с ума, какая досада, как напевала фрекен Бок из бессмертной сказки про Карлсона.
А! Про фонари еще не упомянул. Ребристые шары с волейбольный мяч, источающие мягкий золотисто-оранжевый свет. Тоже какие-то растения, не иначе. Откуда взяться электричеству на островке посередь… да, посередь неба?! Разве что молнии ловить и приручать.
Коротышка-тавернщик уселся на ветку рядом, заняв обширным задом почти всю оставшуюся площадь, примотал веревочку (или стебель??) от фонаря к сучку. Шмякнул мне на колени пухлый сверток.
- Держи. Самое лучшее. Ну… почти самое, но нисколь не хуже.
- Это что?
- Одежа. Прав Гром – надо было мне самому догадаться. Ты ток того, не серчай, ладно?
Я пожал плечами.
- За что? За нарушение авторских прав на пельмени? Так я, вроде, не претендовал. То, что вы за собственное изобретение выдали блюдо, уже лет двести, если не ошибаюсь, радующее гурманов, это дело вашей совести и доверчивости посетителей.
Правда, червячок неких смутных сомнений тревожил сознание, но что не так я пока не понял и сознаваться волосатому гному не торопился.
- А одежда – спасибо, конечно, но меня и собственный костюм устраивает. Особенно, если его чуток почистить. У вас предусмотрена услуга по стирке? И душ неплохо бы. Есть в вашем заведении душ? Или вы каким-то образом к морю спускаетесь?
- Ормвельд с тобою! К морю! Да ты что?! – Замахал руками гном. – Это ж удумать такое!
Ладно. Вопрос о море оставим пока открытым. Но вот новое слово – «ормвельд»!..Это что? Или кто? Божество? Демон? А может, вещь?
Йторн покачал головой.
- И откуда ж ты явился такой темный, хотя и образованный? Да рази ж есть места в двулунном мире, где Ормвельда не знают и не почитают со всем уважением и пристрастием?! Что у вас за глухомань? Ормвельд – Страж Источника. Он как есть Создатель жизни и ее властелин милосердный. Али у вас Создателя не почитают?!
- Ну, отчего же? – заступился я за цивилизацию. – Очень даже почитают. Создателя. Но мы называем его Богом. Или Господом. Творцом всего сущего.
- Жизни! – уточнил Йторн. – Страж – творец жизни.
- Я и говорю, - кивнул, - жизни, как главного аспекта мироздания, и всего вокруг тоже.
- Все вокруг без жизни – камни мертвые. То не в счет.
- И кто ж их по-вашему создал?