Так какие качества избранника могут возобладать над идеальными внешними данными?
- Дом, конечно же! – Рассмеялась Брунгильда. – Сад.
- Сад? Обязательное условие – сад?!
- А где ж еду растить? – удивилась дева.
(Какой же я профан! Совсем забыл, что пельмени тут на кустиках вызревают!)
- М-м… А дача? У меня есть дачка, небольшая, но вполне так приличная. Пара яблонь, смородина, - не бог весть что, но на варенье хватает. И квартира двухкомнатная недалеко от центра. Подойдет?
- А на каком горизонте ваш остров?
Не нашелся, что ответить. И настроение сразу упало. Где мой остров… В ином измерении, куда неизвестно, как попасть. И квартира, и дачка, - возможно на расстоянии каких-нибудь пары минут!.. Хоть минут, хоть веков. Непреодолимых. Равно как брести к солнцу пешком. Так что на конкурсе женихов пожалте на самый-самый дальний край шеренги! А ещё лучше – вообще на гостевую трибуну. Ни кола, ни двора, ни шанса.
- Хорошо, - я смирился с собственной неконкурентоспособностью, но до конца не сдался. Последняя попытка! – Допустим. А как личностные качества? Ум, доброта? Образованность. Их, конечно, тоже на хлеб не намажешь, но ведь «не хлебом единым!..», как говаривал великий Пророк…
- Ну, вы уж совсем, господин Яр! – рассмеялась прагматичная дева. – Чай не дерево в сад выбираю! Конечно, избранник должен быть интересным! Вот как вы, например. Но это уж после.
6. Горячее море
Остров тряхнуло. Весьма заметно тряхнуло! Мелькнула безумная мысль о наличествующих тут – в воздухе?! – землетрясениях. Потом остров накренился. Градусов так на сорок. Хорошая горка получилась! Для катания на санках зимой. Только вот бывает ли в здешнем измерении зима, я пока не выяснил.
- О, Источник! – Тонко, истерично, совсем не по-королевски взвизгнула Брунгильда. – Это пираты! Спасайтесь, господин Яр! Скорее!
И с легкостью бабочки метнулась к ближайшему дому. Я растерялся, да и не натренирован скакать в горку, аки лань или архар, так что просто застыл на месте, рефлекторно держась за край скамьи, с которой скатился после первого толчка. Разумнее всего, конечно же, последовать за девицей. Внутри каждого дома, как в Йторновской таверне, есть ход-лестница в подвал, где можно укрыться, но то ли любопытство – безрассудное, надо сказать, любопытство! – то ли нечто иное, столь же неразумное, овладело мной на пару секунд, и момент для бегства оказался упущен. Казалось бы, ну что такое несколько мгновений?! Однако при определенных обстоятельствах они способны сохранить жизнь!.. Или же ее отнять. Истина, старая, непреложная и вспоминаемая лишь много после свершившегося события. (И не только в моем случае! Разве я не прав?)
Случайность – есть не учтенная закономерность. Ключевой момент в последующей цепи событий, коих могло и не произойти, если бы… Если, если, если… Сколько подобных «если» ведут нас по жизни? Сколько развилок вероятностей согласно теории Эверетта ежесекундно формируют то, что мы называем жизнью, никак не сообразуясь с иллюзией выбора, в который верим и которым гордимся! Не выбор, а случай, он же - неодолимая закономерность, та самая, не учтенная, правит судьбой! Как бы она повернулась, если б я успел нырнуть в недра острова вслед за Брунгильдой и спокойно пересидеть налет? А никак! Потому что этого просто не могло случиться, ибо случилось совсем по-другому. Что-то же меня удержало на месте? Что? А вот то самое, из-за чего выбор – не более чем миф, то самое, что направляет и подталкивает нас к ему лишь ведомому решению и концу.
Но как же трудно верить в предопределение, когда нет ответа на один лишь малюсенький вопрос «за что?!»!..
А с другой стороны – и это тоже, увы, закономерность – если кто-то командует, значит, кто-то подчиняется, если кто-то работает, есть тот, кто это не считает для себя необходимым; если есть корабли, значит, есть те, кто их грабит… Не столь уж далеко в социальном совершенстве наши миры разошлись друг от друга! И пусть корабли плавают не по морю («Спаси нас от этого Источник!» - как сказал бы Йторн) и на корабли (земные) не похожи, сути то не меняет. Так что, когда с заслонившей пол неба громадной тени посыпались воинственно вопящие рожи, я не удивился. И не испугался. Хотя следовало бы! Но!.. Закономерность, други мои! Она же – миф-случайность. Куда от нее денешься, хоть пугайся, хоть радуйся?!..
А с чего это я стал фаталистом? С каких пор? С тех, что воспоследовали за пиратской высадкой? Или чуток позже, когда волосатый крепыш, поразительно похожий на моего друга-тавернщика, оглядел меня с ног до головы, пока двое других – ха! И одного много было бы! – цепко держали меня за руки. Словно могу удрать при первой возможности. Вот интересно, куда?