Боль не сказать, что прошла, но утихла до вполне терпимого уровня. А вот гул не исчез. Более того! Он усиливался от малейшего движения, от поворота головы, да что там! – уже от моргания! Тело не столько болело, сколько гудело, вибрировало каждой клеточкой, каждой молекулой. Малоприятное ощущение! И очень утомляющее.
Я попытался для начала сесть и сделал новое открытие – любое резкое (даже не слишком резкое – разве я способен сейчас на энергичное размахивание конечностями?!) движение не только усиливало внутренний гул, но и сопровождалось ощущением жара! Не просто из серии «подвигался – согрелся», а скорее уж «пошевелился – вспыхнул»! Изнутри! И что это может быть? Что может так разогревать? Хотя бы приблизительно? Приблизительно – вихревые токи в проводнике в электромагнитном поле. Ага! Если бы я был Терминатором (или как минимум пылесосом), гипотеза бы оправдалась. Или же микрограммы железа в крови достаточны для реакции на вихревые токи.
Оно, конечно, на данный момент совершенно неактуально, но уж лучше выдвигать дурацкие домыслы, пытаясь понять природные процессы, чем впасть в депрессию от безвыходности положения. Придет еще, придет ужас, придет отчаяние, осознание неизбежной смерти, но пока разумнее отодвинуть момент паники, обмануть ум, занять его решением бессмысленной задачи. Или хотя бы квадратным уравнением.
Медленно, осторожно перевел себя в положение «на четвереньках». Голова гудела и кружилась, так что принять более достойную позу «в полный рост» на данный момент оказалось совершенно нереально. Ну, хоть вокруг нет свидетелей не слишком свойственного для человека в здравом уме и трезвой памяти унизительного процесса передвижения к краю берега, опираясь на колени и локти. Но надо же посмотреть, что там? Внизу!
Тридцать метров. Расстояние до ближайшей галактики. Когда я его преодолел, луны поднялись почти в зенит, затмив и отдельные звезды, и Млечный Путь. Две тени тащились за мной по песку вдоль извилистого следа, отчетливого, глубокого, хорошо просматриваемого для того, кто захочет меня найти. На расстоянии тридцати метров полной пустыни.
И никакой не берег, но остров! Очередной летающий булыган с полоской пляжа, мягко принявшего меня в теплые, гудящие объятия. Я лежал на краю, смотрел вниз и лениво думал, а что бы случилось, промахнись чуток в спуске? На какие-то тридцать метров… Столкнул с края камешек. Яркой искрой тот пролетел совсем немного и исчез, оставив после себя легкий дымный след. Как интересно! Булыганчик - по виду обычный кремний, совсем даже не нитроглицерин! И с какого перепуга он сгорел? Явно не от трения об атмосферу! И воздух нормальный, даже без сернистого ангидрида, - я ж им дышу и вполне комфортно!
Повторил эксперимент с более массивным осколком, потом еще и еще. Те, что потяжелее, вспыхивали не сразу, но разогревались, - сначала докрасна, потом белели и лишь затем рассыпались фейерверком метрах в десяти-двадцати ниже моего пляжа. Ни один не достиг волн, даже самый тяжелый, килограмм на пятнадцать, который я, сцепив зубы, чтобы не зарычать от гула и жара, докатил-таки до края и столкнул в море. А море ли это в привычном понимании? Что-то там поблескивает, перекатывается, волнуется, - только вода или некая субстанция? Сверхпроводник в магнитном поле? Эх! Физик из меня, конечно..!
Физик или лирик, но некоторые выводы сделал. Вообще для них необязательно быть специалистом; достаточно наблюдения. Чем меньше масса тела, тем меньше собственное поле, меньше высота над Морем, и сильнее разогрев при движении. Ну… В конце-концов хоть какое-то объяснение, почему, чем крупнее остров, тем выше он плавает. И, наверное, нет столь огромных, чтобы летали в верхних слоях атмосферы или за ее пределами – не довелось такого увидеть. Должно быть, есть некий предел для взаимодействия полей отталкивания и естественной гравитации. И никакого волшебства. Даже грустно. Интересно же все перекладывать на магию! Думать не надо, исследовать тоже; все легко и просто. Но с другой стороны магия – та же наука, те же природные процессы, просто доселе не познанные.
Я отполз от края и снова провалился в сон. До утра, господа, до утра! При свете дня начнем думать, что да как. Стоит ли сигануть вниз и превратиться в красивый сноп искр – уйти ярко, с огоньком! – или же избрать вариант подольше и помучительней, например, засохнуть от жажды.