* * *
Не скажу, что в полете скучал. Я вообще-то редко скучаю, находя себе разные занятия. Большей частью потому, что привык быть один. На контакт иду с трудом, и друзьями не обзавелся. Ну, разве что парочкой, но и те не докучали ни вниманием, ни частым присутствием в моей жизни. Так, общаемся поскольку-постольку, пару раз в год ходим… не в баню, нет, - в ресторан или на футбол. Пропускаем по кружечке пива, поругиваем правительство и расходимся довольные друг другом и мероприятием под названием «душевная встреча старых друзей».
Даже в кино я всегда ходил один. Что поделаешь, если такой некомпанейский? Зато скука не грозит. Таким как я. Когда есть книги, Интернет, музыка…
А когда их нет? Когда ничего нет, кроме песка, камней. Небо сверху и снизу. И когда мысли о способах выживания теряют актуальность? Не совсем теряют, но отходят на задний план.
Какое-то время я занимался благоустройством островка – выравнивал рельеф, плотнее укладывал булыги, чтоб между ними не было щелей и ям. Не руками, конечно, укладывал, но ворочать камни весом центнер что руками, что ментально, оказалось эквивалентно. Так что через пару часов работы падал без сил на пляж и буквально отрубался на какое-то время, проваливался в глубокий сон без сновидений. Благо Островку не требовался мой ежеминутный контроль в управлении. Он резвенько мчался, оседлав попутный ветер или, что вернее и научнее, взаимодействовал с магнитно-силовыми потоками планеты.
Через какое-то время мне надоело изображать Сизифа. Стал развлекать себя тем, что подбрасывал усилием мысли камешки в воздух, стараясь, чтобы при падении, уже без моего участия, складывались в пирамидку. Пирамидка не складывалась, камни отскакивали друг от друга и разлетались.
Али-Файир скептически усмехалась, поглядывая на мое занятие, но ничего не говорила. Для нее не стоял вопрос, чем заняться. Она все время что-то делала – шила, готовила, выращивала в маленьком саду, который организовал более для эстетики, нежели практического применения, ибо получить урожай пельменей так и не получилось – требовалась консультация специалиста, рангом не ниже Йторна. Пассажирка моя при всех талантах готовила все же не очень вкусно и совсем не разнообразно. Вообще невкусно, хотя я не привередничал, поглощая ее бурое варево с запахом подгоревшего молока.
Снова полезли мысли о доме. Как там бабушка? Как на работе? Заметил ли кто-нибудь мое отсутствие? Скорее всего, еще неделю-другую никто и не вспомнит. Потом бабушка рассердится, что не позвонил, и никакие доводы ее не убедят. Кредо моей бабули – «кто хочет, ищет возможность, кто не хочет – причину!» Я горько усмехнулся. Единственный человек, которому я небезразличен, первое, что сделает после моего долгого отсутствия, отругает от души, с применением выражений… экспрессивной лексики. Чтоб знал! Проникся! Чтоб впредь неповадно! Даром, что воспитуемому уже четвертый десяток! Внук – он и в Африке внук, а значит, должен соответствовать! И слушаться. А что я приведу в доказательство своего пребывания вне доступа Сети? Льняную рубаху, расшитую водорослями? Или бороду?
Потер обильно заросшие щеки. Скоро стану похож на Йторна, если не раздобуду бритву или хотя бы ножницы. Что-что, а неряшливость облика никогда в нашей семье не принималась как аргумент. Можешь месяц босиком и в рубище бродить по пустыне, но в общество обязан вернуться в цивилизованном виде.
Вот интересно – если соотнести развитие общества, взросление и совершенствование на примере жизни отдельного человека, на какой стадии я сейчас нахожусь? Младенчество – первобытно-общинный строй, подростковый возраст – средневековье, а конец нашей жизни, вкупе с ее продолжительностью, - рубеж развития цивилизации. Чем общество духовнее и более развито в целом, тем дольше живет человек как его часть. Чем более развит человек, тем совершеннее общество как его составляющая. Закон диалектики. Мы неразрывны и в тоже время обособлены друг от друга. Но это Там, на моей Земле. А здесь? Какие законы действуют здесь? Не исторгнет ли социум меня, как деструктивную единицу, за пределы своего влияния? И я просто исчезну. И никто не поможет Кермису Лондону написать статью о путешествиях по измерениям. Вернее, написать-то он напишет, но научный мир не поверит, ведь доказательство кануло в неизвестном направлении. Хорошо, если меня бумерангом выкинет назад, домой. А если Мироздание промахнется? Или его задача не состоит в том, чтобы вернуть объект на место старта для восстановления равновесия. Достаточно просто избавиться от «камешка в ботинке»? Одна попытка уже состоялась. Неудачная, правда. О чем это говорит? Непонятно, о чем. Можно теоретизировать, сколько угодно и не прийти ни к чему. Остается ждать. И постараться за отпущенное время «оттянуться по полной». Хм! А мне это свойственно? Мне – Стасику? Точно нет. Мне – Яру? А вот это еще будем посмотреть! Как говаривал Галилей, мастеря новый телескоп втайне от инквизиции.