— И что ты делаешь?! — она к словам цепляется. — Бьешь людей, чтобы что-то кому-то доказать?!
Я усмехаюсь себе под нос.
А ведь она меня раскусила. Не в одних бабках дело.
Все дело в том, кем я себя чувствую, когда стою напротив соперника: полноценным мужиком, а не…
— Да, — киваю. — Примерно… так, — стискиваю челюсти.
— Я тебе доверяла, Саш! Это нормально, что у тебя от меня такие секреты?!
— Ненормально, — бросаю сухо и перевожу взгляд на шкаф: — Ты еще не расклеила те объявления?
— Ты о чем? — притихнув, Женя вжимает голову в плечи.
— Объявления на обмен, которые ты распечатала после того, как мы договорились, что никто никуда не переезжает… — Вспыхнув, Женя оглядывается на шкаф. — Случайно увидел. Ты их выкинула?
— Нет… Забыла, — выводит растерянно. — Я же… Я же не стала их никуда…
— Зачем тогда делала?
— Не знаю…
— Так не уверена во мне была, да? Или до сих пор не уверена?
— Мне не нужна эта квартира такой ценой, — уходит от ответа.
И всем видом дает понять, что в своем решении она непреклонна. Вроде того, что пошел бы я на хуй со своими попытками уладить жилищный вопрос.
— Ясно, — цежу сквозь зубы и дергаю подбородком. — Ну давай вперед. Меняй хату. Чё? Тащи ребенка в клоповник. Это же отличный план. Пусть мать пробухает всё до копейки. Зато твоя совесть будет спокойна.
— Представь себе, будет! — отражает громче моего.
Взглядами сцепляемся.
— Отлично, — киваю.
— Вот и всё…. — она демонстративно отворачивается.
— Всё? — у меня подпекает под ребрами. — Да как можно такой херней заниматься? Что ты вечно, как Мать Тереза! У тебя ребёнок, Жень!
— Вот именно! — крутанув шеей, жжет меня взглядом. — Это у меня ребёнок! И жизнь с ним требует определенной ответственности! По-твоему, эти твои драки черт знает где — это нормально?!
В ее мире, полагаю, это ненормально. В моем прежнем мире было бы то же самое. А сейчас я не вижу проблем с тем, что занимаюсь чем-то опасным. Я совсем не чувствую этой опасности.
— Мне там платят, — снова привожу основной аргумент. — Я же не могу у тебя на шее сидеть.
— А я могу, да? — стремительно отбивает. — Ты меня спросил, нужны ли мне такие деньги? Нужны ли они мне вообще? Я не просила, Саш! Я ничего у тебя не просила! Ты сам все решил, и теперь…
— Уже даже так, — перебиваю. — Резко я тебя перестал устраивать.
— Меня не ты не устраиваешь, а твое занятие!
— Потерпишь, — высекаю грубо. — И тон сбавь. Жена ты мне или кто?
— Я тебе пока не жена!
— Но будешь! — я тоже ору, и Женя замирает. Вперив глаза в стол, упрямо молчит. Обращаю внимание на ее правую руку. Кольцо мы, почему-то, не носим. — Так и сомневаешься?
Она мотает головой и поднимается.
— Всё, хватит, Саш…
— Хватит что? — за запястье ее ловлю.
— Да не трогай ты меня! — психуя, резко выдергивает руку.
— Не трогать. Не обеспечивать. Не принимать решений, — перечисляю сипло. Толком голоса не повысил, а в горле скребет. — Чего мне ещё не делать?
— Ничего… Ухо… ди… — прикусив язык, к окну отходит. — Ты мне ничего не должен.
— Валить? Насовсем? — я тоже поднимаюсь и напряженно втягиваю носом воздух.
— Как хочешь, — бросает Женя, даже не удосужившись посмотреть на меня.
— Ясно… — у меня просто нет других слов.
И, наверное, хорошо, что их нет.
Я выхожу из кухни и иду к малому.
Он уже разработал коробку, рассыпал конструктор и наворачивает по комнате круги, высоко подняв вертолет.
— Миш, мне надо идти. Я собаку заберу, а завтра погуляем после садика, ладно? — по голове его глажу. Он кивает. — Ну давай, пока. Маму слушайся.
В прихожей я подхватываю сумку, забираю куртку, ошейник с поводком и толкаю ноги в кроссовки. Пёс, думая, что я поведу его на прогулку, оживленно крутит хвостом.
Ключи от квартиры выкладываю из кармана на видное место.
— Жень, закройся.
Не жду, пока подойдет. Она и не торопится.
Выпустив собаку, ступаю за порог и захлопываю дверь.
52
Евгения
Весь день все валится из рук: дома с утра, на работе.
С Сашей мы сегодня так и не пересеклись, и я даже думаю, что он нарочно меня избегает. Правда около пяти от него приходит эсэмэс.
Саша: Привет. Мишку сам заберу. Я ему обещал.
Я пишу: “Хорошо”. Убираю деньги в сейф. Закрываю кассу.
Так или иначе, мы скоро увидимся, и на работе от контактов с ним никуда не деться. В конце концов, мне Саше зарплату выдавать в конце недели.