Хватаюсь за голову, дергаю волосы, вдавливаю в глаза ладони.
Это какой-то пиздец!
И я ничего не могу сделать! Ничего!
— Сядь, ладно? — наконец соображаю, что следует предпринять.
Женя опускается на диван, и я иду звонить в 03.
— Скорая едет, — сообщаю жене, вернувшись в комнату. — Давай собираться.
— Я никуда не поеду, — Женя врезается в меня твердокаменным взглядом.
— Прекращай! Поедешь конечно! — прикрикнув, плетусь за пакетом, чтобы сложить в него необходимое.
— Миша… Он… Он же совсем один. Он даже сказать ничего не сможет, позвать на помощь, имени не назовет… Я его не хотела, и его у меня забрали… Теперь второго заберут… — обхватив себя за живот, Женя смотрит в пустоту перед собой.
— Блядь… — бросаю пакет. — Женя, приди в себя! — сев перед ней на пол, за бедра хватаю. — Держись! Соберись! Это очень важно сейчас! — в лицо ей ору. — Мишку ищут! Найдут!
— Мне тоже надо его искать, а я сижу…
— Тебе надо в больницу! Пожалуйста! — срываю связки.
— Я не могу в больницу, Саш! Я же там с ума сойду! — упрямится она.
— А я прямо сейчас сойду, если не поедешь! И когда Миша вернется, у него будет два двинутых родителя!
— Я ужасная мать… — воздев лицо к потолку, она водит по нему глазами. — Я его уже чуть не потеряла... Летом... И сейчас... Смотри, я даже не плачу… Какие мне дети, Саш? Какая семья?
— Жень… Женя! Послушай, — обхватив ладонями лицо, вынуждаю посмотреть на меня. — Помоги мне сейчас! Будь со мной! Ты мне нужна! Ты Мишке нужна! — внушаю ей отчаянно.
— Саш? — фокусируется на мне, будто очнувшись.
— Скажи, что… что тебе надо с собой взять? Или потом привезти?
— Я не поеду никуда, ты оглох, что ли?! — дергается и толкает мои руки от себя.
— Да хватит! Чё как маленькая! — круто осаждаю ее. — Соберись, я сказал! Ты должна позаботиться о себе, Жень, и о ребенке! Это твоя обязанность! Самая главная сейчас! Святая!
— А Миша? А о нем кто позаботится?
— Я тебе обещаю, что он найдется!
— Дети сами собой не пропадают. И сами не находятся… Ты телевизор смотришь, вроде?! — парирует жестко.
— Ну кто мог его забрать, сама подумай?! — вскочив, рядом сажусь.
— Не знаю… Может быть… зазноба твоя…
— Жень, что за херня?! — ушам своим не верю. — Какая зазноба?
— А с кем ты трахался, а потом бросил? Вспоминай, кого обидел? — ее голос сочится бессильной злобой.
— Ты сейчас серьезно?! — дергаюсь в ее сторону. — Об этом поговорим?!
Женины плечи опадают.
— Я просто не знаю, на кого думать… Я не знаю, что думать! Но я знаю, что сам бы он не ушел… Саша… Я знаю своего ребенка. Он бы так не поступил… А ты не веришь… — из ее горла вырывается мучительный стон.
Прикрыв ладонью рот, Женя начинает дрожать, чем очень пугает меня.
— Тише, тише… — обняв крепко, накрываю ее макушку подбородком. — Я тебя слушаю. Говори. Сейчас все важно. Любая мелочь. Ты правда думаешь, что она могла?
— Вика? — переспрашивает. — Честно, я не думаю, что она бы такое сделала. Я все-таки дружила с ней… Пакостить — одно… Но такое…
— Пакостить? — отстранившись, в глаза ей заглядываю. — О чем ты?
— Иголки нам в дверь кто-то понавтыкал. Помнишь, Бим укололся? — Я киваю, шаря взглядом по ее лицу. — Знаю, ты в такое не поверишь, но я не чокнулась! Еще одну иголку я нашла у вас в косяке. Это могла быть Вика. В школе она занималась всякими такими вещами…
— Какими вещами? — хмурюсь.
Если честно, все это звучит очень бредово. Но взгляд жены снова ясен, как тогда, когда она про сандалии рассуждала.
— Ворожбой, гаданием… И она еще тогда к тебе неровно дышала, а тут… Ты сделал ей такой подарок… — с укором заканчивает.
— Какие иголки? Какая ворожба?! — прикидываю временной промежуток. — Да я с ней когда был? — отсекаю эту версию.
— Тогда где Миша?! — вскрикнув, Женя опускает голову.
— Адрес ее знаешь?
— Родителей, да, — недоверчиво смотрит исподлобья.
— Я проверю. Обещаю. Давай собираться? Я на телефоне, Жень. Как только что-то, сразу позвоню.
— Саш… — пробует возразить, и у нее дрожат губы.
— Поедешь в больницу. Всё! Собирайся! — гаркнув, снова притягиваю ее в объятия. Сцепив челюсти, психую на себя. Орать на беременную жену с учетом всей ситуации — охренеть как полезно для нее. — Ну же, родная… Будь умницей. Ты понимаешь, что если хоть с одним из вас… — вовремя прикусываю гребаный язык. — Все будет хорошо. Мишка найдется. Он у нас парень не промах. А ты должна поберечься. Жень?