И самое главное.
Семья — мой якорь. Именно семья, а не какая-то там амбициозная цель, — мой компас и маяк на пути стремления стать лучше, стать тем, кого я смогу сам уважать в первую очередь.
Семья — это только моя зона ответственности. Моя основа. Моя опора. Мой источник силы и мира в душе.
Семья — это радость по великому и прекрасному замыслу Божию о человеке.
Эпилог
Евгения Сергеевна Химичева
Одиннадцать лет спустя
— Тяжело одной в своём дому, — горестно вздохнув, пожилая хозяйка утирает уголки глаз концами цветастого платка. — Вы идите, ребята, сад посмотрите, как пышет всё, — показав дом изнутри, предлагает нам дальше самим осмотреть двор и участок.
Мы с мужем заглядываем в заросший травой огород. В глаза бросаются несколько засаженных овощами черных прополотых грядок. Есть яблони, груша, малина, вишня, абрикосы, — да чего тут только нет. Но видно, что за садом-огородом почти не ухаживают. Хозяйка в возрасте — дело понятное.
Как очевидно и то, что свой дом она очень-очень любит и расстается с ним лишь потому, что больше не в состоянии одна его содержать.
Дом в поселке в районе вокзала. Есть канализация и газ. В нем два этажа и летняя веранда, где, как я уже представляю, мы вечерами будем пить чай всей семьей, слушая равномерный стук колес бесконечных составов и далекий гул железнодорожных гудков. Расстояние от путей такое, что приглушенные звуки поездов воспринимаются ненавязчиво, а как часть общей атмосферы.
Про себя отмечаю, что всё требует ремонта и мужской руки, но вот баня, кстати, да, выглядит, как новая. Хозяйка сказала, что супруг её незадолго до смерти построил. И вот теперь мы с Сашей рассматриваем их дом и участок, как один из вариантов для покупки под материнский капитал.
— Баня правда новая, — подтверждает муж..
Затем мы с Сашей обходим кругом оштукатуренный бежевым с декоративной коричневой “шубой” дом и попадаем в палисадник, где благоухают белые и розовые пионы. Их я еще с улицы увидела, и сразу влюбилась в этот дом.
— Саш, ну смотри, какая красота! — любуюсь цветником.
— Красота… — иронично повторяет за мной Саша. — Ты дом смотрела? — оглядывается на местами облупившуюся штукатурку. — В него вкладывать и вкладывать.
— А сад какой, ты видел?! — привожу аргумент в защиту именно этого варианта.
Так странно, но мне здесь все нравится, даже в том состоянии, в котором есть. Мы уже немало домов посмотрели, но именно тут меня накрыло каким-то особым ощущением — словно я уже знакома и с домом, и с баней, и с верандой, и со старым штакетником, и с нарядным палисадником, и с клумбами тигровых лилий возле бани, и с вырезанными из автопокрышек лебедями… Я будто бы пришла домой.
— Тебе нравится? Уверена? — уточняет муж, заметив мой неподдельный восторг от этого места.
— Да! Сделаем ремонт! Первый раз, что ли?
Саша усмехается.
— Да мы лет пять тут ишачить будем, Жень. Это тебе не обои в квартире переклеить. Фасад куда ни шло, а крышу перекрывать придется, — задрав голову, он обращает взгляд наверх. А внутри?
— Ну и ладно! — легкомысленно машу рукой.
— Ты беременная у меня всегда без тормозов, да? — притянув меня за запястье, Саша заводит руку за мою многострадальную поясницу.
В эту беременность там что-то заклинило, иногда прямо криком кричу.
— Ты думаешь, стоит ещё посмотреть? — без особой охоты спрашиваю.
Однако понимаю, что мое решение — остановиться на этом доме, требующем денежных вложений и труда, — слишком скоропалительно. Муж прав. Кто выбирает дом по цветнику и каким-то там ощущениям?
— Да посмотрели уже, по ходу, — покачав головой, улыбается Саша.
— Этот, да? Саш, этот?! — висну у мужа на шее, толкаясь в него своим огромным твердым животом.
— Только, чур, потом не жалуйся, что на вечной стройке живёшь, — предупреждает он.
— Я не буду!
Хозяйке мы, конечно, говорим, что еще подумаем. Все же с мыслью о покупке дома нужно переспать. Но я в тайне от мужа скрещиваю пальцы, надеясь, что до завтра других покупателей не найдется.
— У тебя масло надо меня, — замечает Саша, изучив индикаторы на приборной панели, сев за руль моей красной “Киа Рио”. — Ну, в смысле, не у тебя, — смеется, поняв, что сморозил.
Я тоже хохочу, устроившись на пассажирском.
— Всё забываю сказать, — вытянув ремень, под животом себя пристегиваю.
Сама я четвертый год за рулем, и машину свою банально обожаю. На Сашином японском драндулете “четыре на четыре” у меня сил не хватало рулить. А на своей малышке, хоть и тоже подержанной, я сразу села и поехала.