— Куда?
Мы оба громко и тяжело дышим.
— В комнату, — бедро ее стискиваю пальцами. — Хочу тебя…
— Там… Там же Миша спит, — рассеянно выводит, напоминая о пацане, занявшем единственное спальное место в доме, где с комфортом могут расположиться двое взрослых.
Слова Жени не звучат двусмысленно. Она не против.
— И что нам теперь делать? — спрашиваю чисто для порядка.
У меня уже есть варианты. Их столько, сколько в этой хате горизонтальных поверхностей. И, чего уж там, вертикальные меня бы тоже устроили.
Возможностей дохуя и больше. Было бы желание. А с этим у нас обоих нет проблем.
— Я… не… знаю, — дробью выдыхает Женя.
И я предлагаю ей самое банальное, как мне кажется:
— В ванную пошли?
27
Евгения
Саша проводит ладонью по своему бедру.
— Иди ко мне, Жень, — предлагает сесть к нему.
Я не против, наоборот, но вот так просто подняться и усесться на колени к мужчине по первому же зову не решаюсь. Не хочу, чтобы он подумал, что для меня это в порядке вещей. Но когда Саша тянется ко мне и повторяет свою просьбу вербально, я без лишних колебаний опускаюсь на него. И без особой грации. На ногу Саше пяткой наступаю.
— Извини…
Смущаюсь жутко, что слышно как в груди клокочет.
Саша за талию меня крепче притягивает, и я чувствую жар, исходящий через футболку от его крупного твердого торса.
А я мягкая. Я таю, как мороженое на солнце, и кажусь себе какой-то нескладной.
Моя пятая точка соприкасается с мужскими бедрами всей площадью. Ступни напряженно висят в воздухе, и я не знаю, куда деть свои руки.
Держу их перед собой, ссутулившись и отгородившись от Саши плечом. Дышать спокойно и так нет никакой возможности, а Саша меня окончательно кислорода лишает тем, что с щемящей лаской проводит щекой по моему плечу.
Александр Химичев — монополист.
Он единственный, у кого есть способность контролировать производство и поставку порхающих созданий, наводящих смуту в моем животе.
Я в майке. У Саши горячее и гладко выбритое лицо. Я чувствую запах мужского парфюма.
Красивый до дрожи. Сильный. Желанный. Он что-то говорит… Но я слишком увлечена происходящим внутри меня и половину прослушала.
Саша еще раз задевает щекой мое плечо, и внизу живота высаживается очередной крылатый десант.
— Что... будешь? — повернувшись к нему, свожу брови.
— Извиняться, — хрипло выводит, сжимая ладонью мой бок.
— Ты? За… что? — удивляюсь.
У Саши темнеют радужки. Его ресницы опускаются, и он трогает мои губы. Щекочет большим пальцем, вниз оттягивает, пачкая подушечку в моей слюне.
— За это… — он смотрит на мой рот.
Я знаю, что сейчас будет, но это осознание не помогает мне подготовиться к столь яркому переломному моменту.
Потому что одно дело — мечтать о Сашиных поцелуях, а другое — ощущать его настойчивые губы на своих.
Это абсолютно приятно. Сладко, нежно, с наполненностью очень важным смыслом. Столько классных и правильных ощущений я в своей жизни еще не испытывала. И даже когда Саша толкается языком в меня, я с удовольствие ему уступаю и отвечаю. Стараюсь. Хочу, чтобы ему тоже понравилось.
И к черту смыслы.
В животе так сладко тянет.
Я ерзаю у Саши на коленях, обвиваю лодыжки вокруг его ног, крепче стискиваю за шею. Наши языки сплетаются. Сашина ладонь скользит мне между бедер. И вместо того, чтобы сомкнуть ноги, я их наоборот расслабляю. По телу бегут волны необычного тепла. Саша затягивает меня в еще один поцелуй — громкий, влажный и требовательный, а затем отстраняется.
— Идем? — жарко шепчет, толкаясь носом мне в щеку.
— Куда? — задыхаясь, шепчу.
Сашино тяжелое дыхание опаляет мою кожу. Его руки крестом пересекают мой бок и оказывают давление на бедро. Он плотнее усаживает меня на себя.
— В комнату, — снизу вжимается пахом. — Хочу тебя…
Знаю, что хочет, чувствую. И отказывать ему не собираюсь. Но не ради него. А ради себя. Тоже хочу до конца с ним дойти. Хотя бы раз.
Лицо горит, а о том, что творится во влажной тесноте между бедер, даже думать горячо. Мозги плавятся.
— Там… Там же Миша спит, — что-что, а это я соображаю.
— И что нам теперь делать?
Саша смотрит на меня исподлобья выжидающе, так, словно у него уже есть готовое решение.
— Я… не… знаю, — у меня таковое отсутствует.
— В ванную пошли?
— Звучит как… план, — я неуклюже шучу.
И Саша улыбается. Снимает с меня руки, чтобы подтолкнуть, поставить на ноги, подняться и увести меня в ванную.