Олег — первый парень, который за мной ухаживает.
Он брюнет, невысокий, коренастый, симпатичный. Глаза у него голубые, а ресницы потрясающе длинные. На правой стороне, когда улыбается, появляется ямочка. Еще есть ямочка на подбородке. Олег очень на Настю похож.
Его внимание мне приятно. Мне с ним спокойно. Ну почти. И про Мишку он знает, а еще выручает очень тем, что отвозит маму домой в те дни, когда она забирает Мишу из садика и сидит с ним, пока я не приду. Правда я даю маме деньги, чтобы она платила за такси, как положено. Не люблю оставаться у кого-то в долгу. Сказывается дедушкино воспитание.
— Жень? — мягким тоном Олег выдергивает меня из размышлений о моем житье.
— Олег, мне пора. Я же тебе сразу сказала, что мне домой надо. Там мама ждет. Не нужно за мной приезжать, тут идти-то, — уже не в первый раз деликатно напоминаю ему.
— Пристанет кто-нибудь. Одна ходишь. Поздно, — ненавязчиво, с заботой приводит в качестве аргумента.
— Я уже привыкла…
— Красивой девушке не надо привыкать к такому, — осторожно парирует.
У меня отсутствует романтический опыт общения с парнями. Я целовалась-то всего пару раз. Но есть вещи, которые просто чувствуешь.
Откуда-то я знаю, что Олег хочет меня поцеловать.
Я из-за этого нервничаю. Ведь одно дело — просто позволить знакомому парню подвезти до дома, а другое — поцелуи с ним ночью в машине. У последнего могут быть последствия.
— Ну я пойду, — машинально поправляю широкую фенечку на запястье и тянусь к ручке. — Еще раз спасибо, что подвез. Хорошо тебе отработать.
Толкаю дверь, но Олег настойчиво просит:
— Да подожди, Жень. Давай завтра на озеро сгоняем? Искупаемся. В летнике там посидим, шашлык поедим, — предлагает в пожарном порядке.
Опасается, видимо, что я, как и в предыдущие разы, выскочу из салона и скроюсь в подъезде.
— А кто еще поедет? — спрашиваю настороженно.
— Я и ты, — его голос звучит без всякого подвоха. — Бледная. Тебе срочно надо на солнце, — он тянется к моей руке и проводит костяшкой указательного по плечу.
Волоски на оголенной коже и под платьем мгновенно поднимаются, но я позволяю парню касаться меня. Это даже приятно. А еще я думаю о том, как здорово было бы свозить Мишку на озеро.
— Я… бы с удовольствием, — начинаю нерешительно, — но… если только с сыном.
— Без проблем, — возбужденно подхватывает Олег.
— Я не могу его оставить. Не с кем. У мамы свои дела. Да и выходные мы всегда вместе проводим, — зачем-то оправдываюсь.
Но с моим графиком я сына в рабочие смены не вижу. Увожу в садик рано, а когда домой возвращаюсь, он уже спит. Раньше дед с ним сидел и укладывал. Теперь вот мама. Мы не то, чтобы сблизились с ней, но неплохо ладим на фоне того, что она помогает мне с Мишкой. Она даже меньше пить стала. С внуком всегда трезвая сидит. Не было бы счастья да несчастье помогло. Хотя наши отношения по-прежнему далеки от тех, что бывают в нормальных семья. Но другой матери у меня уже не будет. И я не жалуюсь.
— Говорю же, не проблема. Поедем втроем, познакомимся, — Олег, опасаясь, что я передумаю, звучит все настойчивее. — Во сколько за вами заехать?
— Я не знаю, — растерянно пожимаю плечами.
— В десять? Одиннадцать?
— Давай в одиннадцать.
— Тогда договорились.
— Хорошо, да, — стискиваю ремешок сумки, все активнее шуршу пакетами. На воздух уже хочется. — Пока, Олег…
— Жень… — парень поперек груди меня перехватывает.
Тянет за плечо, и я мягко врезаюсь губами в его губы. Олег сразу язык выпускает, расталкивает меня. Поцелуй выходит влажным и суетливым. У него слишком горячий язык. А со своим я не знаю, что делать. И когда все заканчивается, я не уверена, понравилось ли мне.
Больше не мешкаю. До квартиры сама не понимаю, как долетаю. Лицо горит, и хочется скорее умыться.
Дверь бесшумно открываю. Мама выходит меня встречать. Берет свою сумку. Я скидываю босоножки, она обувается.
— Давно спит? — спрашиваю, опуская на пол сумки.
— Давно. Скакал, пока силы не кончились.
— Я тебе тут кое-что из продуктов взяла, — отставляю в сторонку один из пакетов с макаронами, тушенкой и двумя пачками крепкой “Явы”.
Мамин сожитель Павел не в восторге от того, что последние два года каждые два дня она заявляется домой ближе к полуночи. Чтобы он не скандалил, я сигареты ему покупаю и что-нибудь из еды. А если праздник, то бутылку передаю. Такие у нас высокие отношения с этим мужчиной, которого я и отчимом-то не могу назвать.
— Ага… — мама расчесывает перед выходом свои выкрашенные в махагон короткие волосы. — Жень, слушай. Я Светке звонила Плотниковой. Ну она же в интернате работает. Не вздумай его ни на какую комиссию тащить и что-то подписывать! Избавиться решили! Да хрен им! Пусть воспитывают! — возмущается громким шепотом.