Все, Лаура, ты теперь, наконец, поняла, что миру не до тебя. Ты намного повзрослела за эти десять лет постоянного попирания прав человека. Ты не та наивная девочка, которая верила в добро и справедливость, верила, что тебя защитят и спасут. А помнишь, как ты однажды во время налета осталась в доме с мамой и младшей сестренкой? Где-то недалеко шла бомбежка, все вокруг содрогалось, а вы сидели, прижавшись друг к другу, в уголке коридора, и пятилетняя сестренка вдруг спросила у мамы: «Мама, а у политиков есть мамы?» Мама ответила: «Не знаю, наверное, есть. А зачем тебе это?» — «А почему они не скажут им, что нельзя бомбить дома и пугать маленьких детей?» Мама улыбнулась, погладила ее по голове и сказала, что политики давно отдали приказы летчикам не бомбить дома, где находятся маленькие дети. «Ты думаешь, мы сидели бы здесь с тобой, если бы нам что-то угрожало? Я узнала о приказе политиков и решила, что нам лучше сидеть дома», — успокаивала мама. После этого сестренка успокоилась и, когда начинались обстрелы или бомбежки, подбегала к маме и спрашивала только, в какой угол нужно сесть, чтобы было безопаснее. А помнишь, Лаура, когда тебя папа повез первый раз в горы? Ты любила скатываться по мокрой траве с гор. «Папа, смотри!» — кричала ты и звонко смеялась. Ты вставала очень рано, чтобы успеть провести рукой по мокрой от росы траве. Ты всегда скидывала обувь и бегала босиком. А помнишь, как ты любила ходить в поход? Собирала желуди, грибы, шишки… А куклы? Почему ты стала бояться кукол? Это произошло после того, как прошел слух, что иностранные террористы подбрасывают кукол и разные интересные предметы, внутри которых находились бомбы. Твоя троюродная сестра, которой было всего пять лет, дотронулась до одного такого предмета. Ей оторвало руку и ногу. И она навсегда осталась инвалидом. Ты убрала все свои куклы в сарай, потому что боишься их. Они внушают тебе страх. Однажды ты попыталась заснуть с одной куклой, но проснулась от страшного сна. Эта кукла тебя душила во сне. После этого ни одна кукла больше не появлялась в твоей комнате. Лаура много раз задавала себе вопрос: почему ее родители решили переехать в Чечню? Ведь им было так хорошо в городе Н.! Но по настоянию бабушки отец решил вернуться в Грозный. Мама и папа быстро нашли работу. Было новоселье. Все желали новой счастливой жизни. Казалось, что семья Лауры самая счастливая на свете. И ей казалось, что так будет всегда… И тут — война! Наверное, только военные бывают готовыми к войне. Их специально обучают этому. Они проходят военную подготовку: стреляют, взрывают объекты, дерутся, выполняют задания командиров. А простые люди не готовы к этому. Все ведут себя по-разному. Смелые вдруг становятся трусливыми, а трусливые, наоборот, смелыми. А если честно, нет времени думать, нужно спасаться. Действовать надо быстро. Иначе тебя убьют. Если раньше Лаура слышала, что в селе умер своей смертью человек, ей становилось очень грустно. И все так сильно переживали. А когда началась война, смерть стала обычным явлением. Все к этому относились как-то спокойно. Даже почему-то завидовали умершим. Ведь они освободились от этих мук и приобрели вечность на том свете. Их души, наверное, успокоились там.
Люди очень любили рассуждать. О том, что, если бы сложилось не так, а вот так, войны удалось бы избежать. Находили виновных и проклинали их. Наверное, они получали внутреннее успокоение от этого. Лаура не понимала их. Ну вот что изменится, если они вдруг узнают, что виноват такой-то человек? Что от этого изменится? Кто вернет ей детство? Ведь его раздавил огромный военный башмак. И карусель ее детства остановилась не по причине поломки или оборванной цепи, а по причине войны. По причине людей в форме цвета хаки. И их уход ничего не изменит в детском подсознании. А ей так бы хотелось еще поиграть с куклами, ведь она же еще не наигралась. Так бы хотелось заниматься тем, чем занимаются обычные дети всего мира. Играть в песочнице, строить замки, шить одежду для кукол, но она не могла. Хоть бы посидеть на коленях у родителей как нормальный ребенок. Это было другое время, когда нельзя было играть. Тебя не так поймут. Ты должна стать взрослой и все понимать. Не капризничать, а понимать. Так как родителям сейчас не до этого. После первой войны к Лауре приехала погостить двенадцатилетняя родственница из другой республики. «Лаура, давай поиграем, кто выше прыгнет?!» — и родственница начала весело скакать с одного кресла на другое. При этом она звонко смеялась. А Лаура стояла и смотрела на нее с удивлением: что здесь смешного? Вечером рассказывала маме: «Мама, представляешь, она же большая, ей же двенадцать лет». Мама молча обняла ее и заплакала. Тогда Лаура поняла, что ее детство давно закончилось. Трупы, взрывы бомб, звуки военных самолетов, танков… Как бы ей хотелось побыть в тишине, послушать пение птиц и шум ветра. Хоть один день выспаться в своей комнате, в пижаме, а не спать в одежде и обуви, потому что в случае опасности нужно бежать в подвал. А утром просыпаться от удушья и смрада: в комнате стоит буржуйка, которую не так-то легко растопить. Лаура понимала свое бессилие и невозможность повлиять на ход событий.