— Прекрасно выглядишь! — провозгласила Луиза, разглядывая Клер.
Ничего хорошего такое начало не предвещало. Как правило, за ним следовала долгая жалоба или просьба об услуге.
— Да ладно, — отмахнулась Клер и кивком поблагодарила официанта.
— Видела, квартиру на четвертом этаже сдали?
Тема «Клер и ее хороший внешний вид» закрылась так же быстро, как возникла. Луиза никогда не переходила к делу прямо, предоставляя окружающим гадать, что она затевает. Она лгала, как дышала, естественно и не задаваясь липшими вопросами, считая ложь жизненной необходимостью, позволяющей оставаться в приличных отношениях с себе подобными. Она могла выглядеть непроходимой дурой, если это было ей выгодно, но могла и блеснуть умом, если дело того стоило; она жила настороже и искусно лавировала между выдуманными историями и реальностью, способной оказать ей лишь слабое сопротивление. Сидя рядом с ней, Клер по чарующему аромату духов чувствовала присутствие этой невероятной женщины — легкой как перышко, расчетливой как калькулятор, опасной как стальной клинок.
Намек Луизы на Росетти пробудил в Клер любопытство. Мужчины — все без исключения — интересовали ее соседку в равной мере, поскольку сам факт их существования содержал ответ на вопрос о ней самой, чрезвычайно ее занимавший.
— А он ничего, а? Хоть глаз отдохнет от всего этого старичья! — Поскольку Клер никак не отозвалась на ее замечание, Луиза продолжила: — Нет, серьезно, красивый мужик. Тебе не кажется?
Клер налила в чашку чаю, изобразила на лице гримасу, оставив Луизе право интерпретировать ее значение как ей будет угодно, и сказала:
— Он вчера вечером ко мне заходил. Познакомиться.
— Что-о?
Тусклый взгляд Луизы на миг зажегся, словно от удара молнии. Она принципиально старалась не замечать, что ее соседка, косящая под старую деву, иногда крутит кое-какие шуры-муры с мужиками. Во-первых, был один красавчик, который на протяжении двух лет заезжал за Клер на машине, и она спешила к нему, вырядившись в юбку, неумело накрасив губы и глаза — лучше бы не позорилась. Потом появился некий идальго на скутере — вроде бы мануальный терапевт, из тех, к кому обожают обращаться тетки, которым больше нечем заняться. Да, и еще Ишида! Интересно, она спит с этим японцем? Луиза почувствовала, как в ней поднимается волна злобы, и осадила себя. Красавчик из «ягуара» ее бросил, мануальщик тоже куда-то пропал, а в версию с Ишидой она не очень-то верила. Но вот Росетти…
— Он преподает физику и играет в шахматы. Разведен. Старается вести себя любезно, но у него плохо получается. Если хочешь, я тебя с ним познакомлю.
— Нет уж, спасибо, — отказалась Луиза. — Я большая девочка. Учитель, ты говоришь? Вот это да!
Они немного помолчали. Клер сидела, уткнувшись носом в свою чашку. Луиза с грациозной медлительностью потягивала из бокала «Кир Руайяль», не забывая обегать цепким взглядом окрестности.
— Знаешь, Клер, у нас с Антуаном дело швах. Мне даже страшно.
— Страшно? — усмехнувшись, переспросила Клер.
— Именно. Именно страшно, — подтвердила Луиза. — Он меня с ума сведет. Антуан — извращенец. Спит и видит, как от меня избавиться. Представляешь, Люси на меня вообще смотреть перестала! Я к ней лишний раз подойти боюсь. Они против меня сговорились.
Клер задумалась. В прошлом она уже лишилась нескольких подруг после того, как позволила себе высказаться на запретную тему: статус матери. «Статуя матери», — называла она это про себя. Тем не менее ради Люси, которую очень любила, решила рискнуть: