Она все еще стоит у стены, держа кружку с пивом обеими руками, напряженно расправив плечи, оглядывая комнату, словно ждет, что кто-нибудь выкрикнет ее фамилию.
Она похожа на женщину, которая проверяет свой телефон на наличие угроз, а не на наличие мемов. Если она переживет здесь одну ночь, не вздрагивая при каждом уведомлении, возможно, у нее есть шанс выжить с парнем, который живет в одном шаге от сетки.
Я допиваю остатки своего напитка и подхожу.
- Пойдем со мной, - говорю я, беря ее за руку.
-Где? - спросиля.
- Вот увидишь.
Я тащу ее сквозь толпу к парню в шляпе с рисунком коровы. Он слегка покачивается, подпевает музыке и улыбается в никуда.
- Привет, - говорю я достаточно громко, чтобы меня услышали. - Это Элиза.
Парень моргает, прищурившись, смотрит на нее, как будто пытается сосредоточиться.
- Элиза, - повторяет он, пробуя это на вкус. Затем пожимает плечами и поднимает бокал с пивом. - Приятно познакомиться, друг Нико. Прост!"
Он чокается своим бокалом с ее и, не сказав больше ни слова, возвращается к своей песне.
Я смотрю на нее.
Ее рот открыт, глаза широко раскрыты, и я наблюдаю именно тот момент, когда это доходит до нее.
Он не спросил ее фамилию. Он не узнал ее. Ему было все равно.
Она выдыхает, протяжно и прерывисто, и ее плечи опускаются.
"Видишь?" Говорю я.
Она смотрит на спину парня, потом на меня и улыбается.
Не та изысканная улыбка, которую она носит в VIP-ложах. Настоящая.
- Хорошо, - тихо говорит она.
Я беру у нее пальто. Она позволяет мне.
К тому времени, как мы возвращаемся за стол, она уже смотрит по-другому. Не ищет угроз. Просто смотрит.
Лукас сует ей в руку еще одно пиво, и на этот раз она выпивает его.
Мартин отпускает какую-то шутку насчет швейцарцев, и она смеется, по-настоящему смеется, ярко и беззаботно.
Музыка переходит на что-то тяжелое, и я наблюдаю, как она начинает постукивать ногой под столом. Она напевает, еле слышно, как будто даже не осознает, что делает. Ее плечи расслабляются, слегка покачиваясь в такт.
Начинается песня, что-то нелепое и старое, и Мартин хватает ее за запястье и тянет на скамейку.
"Пой со мной!" - кричит он.
Она колеблется, наверное, с полсекунды, затем поднимается, смеясь, положив одну руку ему на плечо для равновесия, и произносит слова, которых явно не знает.
Она выглядит более живой, чем я когда-либо видел ее.
Я прислоняюсь спиной к стене с пивом в руке и просто наблюдаю.
На секунду мелькает воспоминание о том, как я впервые затащил ее куда-то подобным образом. То, как напрягся ее позвоночник, то, как она держала свой бокал с шампанским, словно щит, отделяющий ее от шума. Как ее глаза продолжали метаться к выходу, в то время как я ухмылялся, зная, что вытащил ее из ее идеального мраморного мира и бросил в свой.
Раньше мне нравилось это выражение ее лица.
Но сейчас она его не носит.
Ее пальто висело на чьем-то стуле. Ее волосы выбились из заколок, свободные пряди прилипли к шее. Она покачивается в такт музыке, напевая себе под нос, постукивая пальцами по краю бокала.
И я не могу перестать наблюдать за ней.
Томас опускается на сиденье рядом со мной, Катарина у него под мышкой, ее пальцы переплетены с его. Они оба наблюдают за мной.
- Не надо, - говорю я.
"Ничего не сказал", - говорит Томас.
- Ты так думаешь.
Я смотрю на него, потом на нее и вижу беспокойство за их улыбками. Но я также вижу, как большой палец Томаса медленно водит круги по плечу Катарины, как она прижимается к нему, как будто он - единственная твердая вещь в комнате.
- Ты собираешься читать мне лекцию? - Спрашиваю я.
Томас бросает взгляд на Катарину. Она с улыбкой качает головой.
- Не сегодня, - говорит Томас.
Катарина сжимает его руку. - Но, может быть, завтра.
Я фыркаю и снова смотрю на Элизу.
Теперь она встает со скамейки и подталкивает одного из младших техников к стулу, потому что он покачивается на ногах. Она смеется над чем-то, что сказал Лукас, запрокинув голову, совершенно беззащитная.
Она не похожа на девушку в VIP-ложе. Она не похожа на наследницу, которая осматривала зал в поисках угроз.
Она выглядит свободной.
И я знаю, наблюдая за ней, что она не опьянела от пива.
Она пьяна оттого, что ее никто не видит. Оттого, что она не Моро. Оттого, что она просто Элиза.
Меня волнует, что я привел ее сюда. То, что она часть этого. Что она смеется с моими товарищами по команде, поет дурацкие песни и держит чью-то куртку, даже не думая об этом.
Но это также пугает меня до чертиков.
Потому что такой кайф длится недолго.
В конце концов, мы уезжаем. В конце концов, она возвращается в Зальцбург, к своему отцу и клетке, в которой живет.
Она замечает мой пристальный взгляд и улыбается, поднимая свое пиво.
Я поднимаю свой обратно.
Похоже, ей наконец удалось сбежать.
И я понятия не имею, как сохранить ее свободу.
***
Гостиничный номер принадлежит ей, и я могу сказать это в ту же секунду, как переступаю порог.
Не потому, что это модно. Это не так. Это маленькое и обычное заведение, которое большинство людей бронируют, не задумываясь дважды. Чистые белые стены, двуспальная кровать с простым пуховым одеялом, письменный стол у окна, в углу тихо тикает радиатор отопления.
Но ее пальто повешено на спинку стула. Ее сумка лежит на столе, идеально уложенная. В воздухе витает слабый аромат ее духов, теплый и дорогой, пробивающийся сквозь обычный гостиничный запах стирального порошка и средства для чистки ковров.
Она наблюдает за мной с порога, небрежно скрестив руки на груди, словно ждет, что я скажу.
Я оглядываюсь, оценивая обстановку. Неубранная кровать, на которой она, должно быть, сидела раньше. Полуоткрытая занавеска. Тот факт, что она выбрала это место, эту комнату и пригласила меня сюда.
- Это... - начинаю я, затем останавливаюсь, потому что не знаю, что она хочет услышать.
Она слегка переступает с ноги на ногу. "Я не знала, какую комнату выбрать. Я не хотел, чтобы это было слишком вычурно, но...
- Это идеально, - вмешалась я.
Она моргает.
-Неужели?
- Да. Я захожу дальше и закрываю за собой дверь. - Здесь тихо. Это твое. Это кажется реальным".
Ее плечи слегка опускаются, как будто она готовилась к чему-то еще. Возможно, к шутке. Или осуждению.
- Я не была уверена, - тихо говорит она. - Было ли это... правильно.
- Что вы имеете в виду?
Она оглядывает комнату, затем снова смотрит на меня. - Я привыкла, что все идет определенным образом. Отели с идеальными ванными комнатами и персоналом, который помнит твое имя. Это просто... нормально".
- И это тебя беспокоит?
- Нет. - Она быстро качает головой. - В том-то и дело. Это не так. Я просто не была уверена, что ты... — Она замолкает, поджимая губы.
"Если бы я что?"
- Если ты все еще хочешь видеть меня в таком месте, как это.
Я сокращаю расстояние между нами, кладя руки на ее талию.
- Я думаю, - медленно произношу я, - что твой выбор означает больше, чем ты думаешь.
Ее глаза ищут мои, и я вижу в них неуверенность, то, как она все еще не уверена, правильно ли поступает.
Тут я замечаю шампанское.
Он стоит на столе, покрытый капельками конденсата, рядом с маленькой тарелкой клубники. Должно быть, его прислал кто-то из команды. Вероятно, Катарина.
Элиза замечает мой взгляд и смеется, мягко и немного смущенно.
"Они были здесь, когда я вернулась", - говорит она. "Я думаю, кто-то из вашей команды может быть романтиком".
- Снова шампанское, - говорю я, уже потянувшись за ним.
"Очевидно, у нас есть тема".
“Определенно недостаточно хорош для тебя...” Я ухмыляюсь.
- Возможно, - отвечает она, но в ее глазах появляется озорная улыбка.