Пустота. Внутренняя борьба. Не проходящее волнение и мысли... сказалось все.
Я не смог отпустить Дану. Вероятность того, что пожалею, если не дам нам шанс, преобладала над скрипучими отговорками циника, привычного к холостяцкой жизни.
Так, если разобраться, то никто не заикался со мной в прошлом о подобном формате отношений. Лилиане достаточно было безлимитного счета, который я пополнял регулярно. Остальных тоже интересовали в первую очередь деньги. И все для меня становилось понятно и прозрачно. Хитрые намеки о свадьбе, завуалированные в немыслимые причины пропускал мимо ушей.
Дана взяла и сломала такой привычный для меня уклад:
Деньги + секс = отношения
Если даю деньги, то я для нее мудак. И тем, что не хотела приезжать с карточкой в банк еще раз подтвердила, разделяя работу от личного. То же касается секса, который вне серьезных отношений видит ошибкой. Значит, Дана ждет чего-то совсем другого...
А я ж в романтике, дуб дубом. Даже пригласить на свидание нормально не смог, судя по обвинениям обозленной крошки.
— К вам можно, Артем Кириллович? — заглянул в кабинет Волк, предварительно постучав в дверь.
— Входи, если не будешь на мозги капать.
А то понадился в последнее время запугивать и сводку криминальных новостей пересказывать. В остальном нормальный мужик, как еще говорят, свой в доску.
Речь пошла о новой системе сигнализации и комплектации штата охраны. Все бы хорошо, но я слушал вполуха, кивая невпопад на предложения своего сотрудника.
— Жду весь отчет в электронном виде, — сам потом прочту, сейчас голова другим занята. — У меня к тебе есть один деликатный вопрос. — Волк бросил настороженный взгляд, не зная чего ожидать. — Как мужчина показывает девушке, что встречается с ней не ради секса?
— А для чего тогда? — опешил он в непонимании.
Млять. Нашел с кем посоветоваться...
— Вот я у тебя спрашиваю, зачем ты женился десять лет назад? Нет! Не знаешь, так и скажи.
— Ну-у... я, когда со своей начинал встречаться, хотел, конечно, только одного и круглосуточно, — а с виду такой семьянин приличный, никогда бы не подумал. — Но она такая вся недотрога и скромница была. Отшивала, короче. И чё было делать? Запал так, что спать по ночам не мог и бегал, следил, как бы другой кто не появился. По примеру друзей начал дарить цветы, подарки, водить в кафе. Приходилось даже в музей таскаться и делать умный вид. Про походы в оперу и балет лучше промолчу. Страдал, как только мог ради любви.
Представил своего главного бойца в романтическом образе, с букетиком под окнами и расхохотался.
— А вот зря вы так! — насупился Волк, — Они, то есть женщины, только и ждут эти свои знаки внимания. Помешаны на них. И ведут подсчет. Моя жена так точно! Десять лет прошло, а я все еще должен и должен. Потом с подругами обсуждения начинаются... А подруги уже выносят вердикт: достоин или послать.
Вот это я озадачился после ухода Волка! К опере нормально отношусь, в отличие от него. С раннего детства родители регулярно меня брали с собой на постановки. Сестра резко заболевала, а брата после того, как он специально орал на весь зал, больше никто не заставлял.
Но как быть с музеем? Неужели Дане туда необходимо сходить?
Почитал в интернете обсуждения по этой теме в форумах. Музей еще нормальный вариант оказался...
Что ж завтра приступлю к показательным отношениям для своей девочки. И вечернее свидание будет, как раз кстати.
Поймал себя на мысли, что еще никогда так не беспокоился о том, чтобы настолько произвести впечатление. Разве, что с Лилианы сдувал пылинки и всячески потакал во всем, когда узнал о беременности...
Дана выглядит и ведет себя как ребенок. Иногда мне кажется, разница в девять лет намного большей, чем цифры возраста, но черт, мне сложно перестать умиляться, глядя на неподдельные эмоции крошки.
Звонок от сестры прервал дальнейшие планы, как можно быстрее затащить рыжую в постель.
— Я тоже рад тебя слышать, Виолетта, — отвечаю на ее подозрительно теплое приветствие.
— Артем, у меня к тебе огромная просьба. И заметь, я редко о чем-нибудь прошу, — начала с далеких предисловий.
— Слушаю тебя?
— Зная твои раздутые обиды, постарайся реагировать спокойно, — ну вот, еще ничего не сказала, а я уже напрягся дальше некуда.
Сегодня женщины как сговорились, требуя от меня понимания в непонятно чем.