Сержант мчался без передыху три часа и всё-таки не успел Точнее успел — паром, под названием «Янки Клипер», от пристани ещё не отвалил, но был уже до отказа забит автомобилями и на борт никого не брали. Через десять минут он дал гудок и медленно отошёл, взяв курс на остров Келлис — ближайший от побережья. И Глебу ничего другого не оставалось, как проводить сожалеющим взглядом уплывающий на нём тёмно-серый фургон, стоящий у самого борта в предпоследнем ряду. Спросив на пристани, он узнал, что паром вернётся через четыре часа и больше сегодня не пойдёт. В будние дни тот делал только два рейса: рано утром и в обед. Купив рекламную карту, сержант вернулся в машину.
Остров предлагал купание, рыбалку, хорошее вино из местных сортов винограда и прекрасный полигон для стрельбы из винтовки. Добраться до острова проблему не составляло. Два причала рядом со стоянкой парома были густо уставлены лодками и катерами.
Торопиться сейчас смысла уже не имело. Первым делом Глеб хорошенько поел, поскольку организм настойчиво требовал пищи, и набрал про запас гамбургеров и несколько банок колы. Потом он объехал ближайшие магазинчики, приобретя, наконец, большую дорожную сумку и атрибуты рыбалки: удочки, снасти, наживку, благо такого добра кругом хватало. Затем вернулся к причалам.
Присмотрев подходящий катерок, он подошёл к загоравшему на нём человеку:
— Здравствуйте. Вы не подскажете, у кого можно взять на прокат лодку или катер на денёк? Хочу порыбачить.
— Это тебе обойдётся в восемьдесят баксов приятель, плюс залог. А если лодку поведу я, то в сотню!
— А велик ли залог? — поинтересовался Глеб.
— Да ерунда, всего то тысяча, — усмехнулся парень, прекрасно понимая, что такие деньги ему никто никогда не заплатит.
— Хорошо, — согласился сержант. — Я плачу тебе сотню и считай, что ты условно едешь со мной!
— Договорились! — сразу расцвёл парень. Грузи вещи!
Глеб загнал машину на стоянку в пятидесяти метрах от причала и, уложив в сумку одежду и припасы, а удочки засунув в чехол вместе с винчестером, направился к лодке. На голову он нацепил широкополую шляпу. Как никак, после обеда солнце припекало изрядно.
Управление оказалось простым: руль, кнопки «Пуск», «Стоп», «Задний ход» и рычажок газа. Встроенный гирокомпас показывал курс, имелся тахометр, указатель скорости и счётчик пройденного пути.
— Заправка на сорок часов хода, — пояснил парень. — Если что случится — нажмёшь вот на эту кнопку, — показал он на маленький приборчик, установленный справа, — включится радиомаяк и тебя подберёт спасательная служба. Он вручил Глебу карту озера и, забрав свою сотню, выпрыгнул на настил.
— Удачной рыбалки! — крикнул он вслед, наблюдая как парень, взявший в аренду катер, лихо отвалил от причала и, набирая скорость, помчался прочь от берега. За гулом мотора сержант его не услышал.
Г л а в а 36
Катер шёл ходко. Двигатель мерно гудел, волны практически не было, и вскоре впереди, в голубом мареве, зелёным пятном появился остров. Сержант достал из сумки бинокль, и левее по курсу обнаружил ещё несколько островков, которые зелёными клумбами торчали над водой в нескольких милях к северо-западу.
«Лес — это хорошо!» — подумал он, прильнув к окулярам и всматриваясь в быстро приближающийся берег, поросший высокими стройными деревьями. Отложив бинокль, Глеб направил лодку в обход острова, подыскивая укромное место, где можно причалить. Едва он обогнул небольшой мысок, как увидел пляж с несколькими ярко выкрашенными строениями. Судя по рекламной карте, пляжей на острове было три. Этот — южный, ближайший к гавани, был не слишком многолюден, поскольку паром, огибая остров причаливал с противоположной стороны, где была достаточная глубина. Несколько человек поднялось с песка и побежало к воде, рассчитывая покачаться на волнах от катера Глеба, когда он промчался мимо пляжа в ста метрах.
Сержант сбавил скорость и шёл вдоль берега ещё минут десять, пока не отыскал подходящее местечко. Сначала он думал, что это какая-то протока, хорошо укрытая кустами, и, сбросив обороты до самых малых, направил туда своё судёнышко. Но протока, чуть расширившись, оказалась маленькой бухточкой, метров тридцать длиной, узким языком проникшая в береговую кромку. Лучшего места было не найти: и на большую воду можно выскочить в один момент, и посторонний глаз не заметит. Глеб, подработав задним ходом, потихоньку развернул катер носом к выходу, подогнав его бортом к берегу. «Теперь в самый раз, никуда не денется!» — пропустив верёвку за дерево, намотал он конец на швартовочный кнехт. Имитируя рыбную ловлю, Ткач быстро размотал удочки и насадив червяка из банки с наживкой, забросил снасти на середину бухточки.
Червей то, конечно, Глеб зря насадил: не успел он сполоснуть руки от жирного перегноя, как один из поплавков тут же пошёл на дно.
— Эх, мать честна! — подхватил он удилище, подсекая добычу. И едва успел вытащить первую рыбёшку, как тут же пришлось тащить и вторую. «Не врёт реклама», — возбуждённо подумал он, снимая её с крючка, а руки сами уже привычно цепляли нового червяка и глаза неотрывно смотрели на пляшущий, готовый вот-вот нырнуть поплавок.
Рыба, напоминавшая волжских подлещиков, клевала как бешеная. За полчаса Глеб натаскал штук двадцать. — Всё, хватит! Остановил он себя, забрасывая пустые крючки. «Через недельку надо будет сюда ещё раз обязательно приехать…. С Кэрол!»
Эта мысль ему настолько понравилась, что он от удовольствия тихонько засмеялся, представив, как они наварят вечерком ухи и сядут рядышком у костра, крепко обнявшись. И он будет рассказывать ей всякие смешные истории, а она, прижавшись к его боку, будет весело заливаться счастливым звоночком….
В астрал он вышел быстро. Хорошее настроение — это хорошее настроение!
— Ну что, спецназ?! Вперёд! — скомандовал он сам себе и сделал первый круг над деревьями вокруг бухты. Потом ещё один, ещё и ещё. Круги расширялись. Глаз привычно фиксировал: в ста метрах слева — тропинка, ведёт от берега к шоссе. До шоссе — четыреста метров. Перед тропинкой какой-то указатель и знак, запрещающий проезд. Людей нет.
Глеб снизился к указателю и прочитал: «Частное владение. Проезд запрещён». «Оно и лучше!» — подумал он. Можно было начинать, без риска, что в ближайшие десять-пятнадцать минут кто-нибудь наткнётся на его неподвижное тело в катере и поднимет шум.
Ткач сосредоточился и представил лицо захваченной гангстерами девушки. Он всплыло в сознании четко и ярко: чуть курносый нос, припухшие губы, нежный овал лица и даже еле заметная пульсирующая жилка на изящной девичьей шее. Перенёсся он мгновенно, даже не успев этого осознать. Только что был в лесу, а теперь уже здесь — в маленькой комнате без окон с привинченной к полу кроватью. «Видно где-то совсем рядом», — оценил такой быстрый перенос сержант.
Девушка сидела на койке, испуганно таращась по сторонам, не понимая, как она сюда попала. Проснулась она видно недавно и ещё не совсем отошла от снотворного.
Задерживаться в этой комнатушке Глеб не стал и прямо через дверь шагнул в коридор. Покрашенные в серый цвет стены и слабое освещение вызывали чувство тревоги. Ни одного окна, несколько обитых дерматином дверей и лестница в конце коридора, ведущая наверх. «Подвал!» — сообразил сержант и в ту же секунду услышал приглушённый стук и неразборчивые выкрики. Он подошёл к двери, за которой они раздавались и, вдавив голову, заглянул в очередную камеру.
— Выпустите меня отсюда! — на плохом английском выкрикивала вторая девушка, яростно колотя в мягкую обивку двери. «Хорошо хоть не по морде!» — усмехнулся сержант, наблюдая как её кулачки безжалостно обрабатывают крепкую кожу чуть ниже его подбородка.
Убрав голову, он быстро осмотрел остальные комнаты с правой и левой стороны, обнаружив еще одну такую же камеру с койкой, санузел с душевой кабиной, а в трех других — медицинское оборудование непонятного назначения. Сюрприз его ждал за двустворчатой дверью в конце коридора.