Капитан Гас, чьи сверкающие доспехи уже были в двух-трех местах помечены кровавыми пятнами, расчистил себе путь и предстал перед Посланником Небес. Отсалютовав мечом и тяжело переведя дух, он склонил голову:
— Слушаю и повинуюсь, мой господин!
Гас рявкнул команду, и кольцо вокруг гобуинов сомкнулось. Апи тут же побросали оружие; никто из них не жаждал героической смерти. Джедды связали их ремнями и, выстроив колонной, погнали к городским воротам.
Блейд склонился над распростертым на земле Кавеном; тот зажимал предплечье ладонью, стараясь остановить кровь. Молодой воин усмехнулся, превозмогая усталость и боль:
— Неплохая штука жизнь, господин. Тем более, когда ее дарят так неожиданно… Или я вижу чудесный сон?
Блейд начал бинтовать ему руку. Порез оказался длинным и глубоким, но кость была не задета; через месяц парень сможет владеть мечом как прежде.
— Ты не спишь, — ответил он. — А чтобы ты окончательно поверил в это, слушай меня внимательно. — Он поднял меч Кавена и коснулся лезвием его плеча. — Меченосец Кавен, отныне ты принадлежишь к благородному сословию! Ты — капитан! Служи мне так же преданно, как Гасу!
Кавен изумился до глубины души.
— Еще одно чудо, господин! Я жив, и я капитан! По-моему, это все-таки сон, а?
Рассмеявшись, Блейд повернулся к Гасу. Секунду-другую на его губах еще играла улыбка, затем лицо стало серьезным.
— Слушай, Гас, я запрещаю пытать Сеси. Я допрошу его сам, но позже. Сначала надо хорошенько разобраться с этим заговором. После допроса убьешь его. Но не мучай, отруби голову — и все.
— Однако, господин мой, так нельзя, — возразил Гас. — Легкая смерть не для предателя. Его казнь должна быть страшной… Мучительной, жестокой! Иначе…
Блейд холодно взглянул на капитана, затем похлопал его по плечу.
— Я приказываю, Гас. Никаких пыток. Ты понял?
Гас нехотя согласился, но, выкатив глаза и топорща усы, пробормотал, что милосердие в стране джеддов не доведет до добра.
Блейд только усмехнулся.
— Скоро ты все поймешь. Мне нужен Низра, целый и невредимый. Кстати, где он сейчас?
Гас, все еще фыркая в усы, ничего не ответил. Он проводил взглядом последнего апи со скрученными за спиной руками и лишь потом пробормотал:
— Где ему быть? У себя дома. Я удвоил число соглядатаев… Никуда он не денется. Велел, чтобы стерегли, как первое Яйцо, и обращались бережно.
— Молодец, — одобрил Блейд, — умное решение. Нам предстоит долгий разговор с Низрой. О многом, очень многом. К примеру, об апи… Распорядись-ка, Гас, чтобы люди Грофты разоружили их и согнали в одно место.
Гас явно не одобрил эту идею.
— Они хитрые бестии и не будут служить никому, кроме Низры. Если волосатые узнают, что он потерял власть, то сбегут со своих застав и рассеются по нашим южным лесам. А как их тогда ловить? Это будет нелегко.
— Однако придется. С ними надо кончать, — твердо произнес Блейд — А теперь, Гас, скажи-ка, почему ты пришел сюда. Тебя кто-нибудь предупредил?
Глаза капитана лукаво блеснули.
— Некая дама в черном из свиты принцессы, которая любит подслушивать под дверьми… Она рассказала мне о Сеси и этой записке… Кстати, господин, твой приказ войскам сосредоточиться на севере долины позволил апи хозяйничать на юге. Так что ты зря отправился сюда с таким маленьким отрядом. — Гас пожал плечами. — Собственно, даже если бы эта дама ничего не сказала мне, я все равно поспешил бы, узнав, что ты направился сюда. Я просто печенкой чувствовал, что готовится каверза… Мудрейший — великий интриган… — Он отвел глаза.
— Ты что-то не договариваешь, Гас, — заметил Блейд, стиснув плечо капитана.
Тот собрался с духом:
— Есть у меня десяток-другой верных людей, господин… Они говорили мне о Сеси, да я и сам давно подозревал, что он работает на Низру. В общем, когда я услышал, что за тобой приходил этот юнец, то отправился поговорить с Мудрейшим…
Блейд нахмурил брови:
— Надеюсь, ты не пришиб его?
Гас попробовал изобразить невинность, потом лицо его покраснело, и капитан, не выдержав, расхохотался.
— Нет! Я же говорил, что обращался с ним бережно… Ну, несколько синяков, не больше… Все скоро заживет…
— Ладно, хватит об этом. Благодарю тебя, Гас, сегодня ты спас мне жизнь. Только на будущее хочу тебя попросить об одном одолжении.
Гас вскинул недоуменный взгляд:
— О каком, господин?
Блейд ухмыльнулся:
— В следующий раз не тяни так долго. А то я мог бы и не дождаться тебя…
Наконец он остался один и стал медленно спускаться с холма. Он направлялся к погребальной яме, над которой все еще клубился темный удушливый дым. Воздух здесь был насыщен отвратительными запахами, Блейда начало подташнивать, но он заставил себя подойти к самому краю и заглянуть вниз. Ужасное зрелище! Поперек ямы тянулись штабеля обугленных трупов, кое-где на них еще плясали языки пламени. Он спрыгнул на дно и начал упорно искать, пробираясь вдоль проходов, сделанных похоронной командой. Только через час он нашел Оому, на гладкой нежной коже которой виднелись следы жестоких пыток. Ее не успели сжечь, и за это Блейд искренне поблагодарил небеса. Он поднял легкое тело девушки, вынес из ямы и, огибая холм, зашагал вперед, стараясь ни о чем не думать. Он шел к старому дереву, что росло у дороги недалеко от заброшенного храма.