Мольнех надул губы.
— Не хочется мне высказывать насчет него никаких предположений. Как вы думаете, Старшина Гильдии? Мы хорошо знаем, что в таких делах вы судите правильно.
Дольмаэро почесал в затылке.
— Не знаю. У Мастера Кроэля разум негибкий и хрупкий, а при таких обстоятельствах… Не думаю, что ему можно полностью доверять.
— Тогда, пока что, мы на нем оставим ошейник. Как насчет Фломеля? Может логика и разумные доводы пробить его череп?
Дольмаэро посмотрел на распростертого фокусника.
— Фломель разумный человек, пусть и весьма неприятный. Может, он и послушается. Кстати, где то странное существо, не то женщина, не то мужчина?
— Мертво, в моей палатке.
Дольмаэро поднял бровь, но вопросов не задавал.
Дольмаэро и Мольнех внесли спящего Фломеля в трюм, все еще в ошейнике. Он бешено храпел.
— Как вам кажется, сможете вы привести Кроэля? — спросил Руиз Мольнеха.
— Попробую.
— Вот ключ от поводка, — сказал Руиз, вытаскивая ключ из палатки Низы. — Ошейник мы ему пока оставим.
Руиз смотрел с вершины трапа, пока тощий фокусник присел на корточки возле палатки Кроэля и разговаривал с ним несколько минут.
Немного погодя Кроэль вышел из палатки, неуверенно двигаясь, опираясь на тощее плечо Мольнеха.
Мольнех помог Кроэлю подняться в трюм, шепча ему какие-то слова ободрения. Кроэль тяжко плюхнулся на скамью, уставившись в пол.
— Мастер Кроэль, — сказал Руиз. — Пожалуйста, выслушайте меня внимательно.
Фокусник кивнул не поднимая глаз.
— Положение изменилось, но к лучшему. Это я тебе обещаю.
Кроэль снова кивнул, совсем как ребенок, — жест, совершенно нелепый в таком крупном человеке, как он.
Дольмаэро коснулся спины Руиза, там, где кровь от попавших в тело осколков просочилась сквозь ткань.
— Ты ранен, — сказал он.
Руиз поморщился.
— Это не такая уж страшная рана. Но если ты будешь так любезен, что вытащишь осколки, я тебе буду очень благодарен.
Дольмаэро улыбнулся.
— Ну, это я наверняка смогу сделать.
Руиз нашел аптечку и спустил с плеч свой комбинезон. Дольмаэро пользовал его весьма бережно. Когда он закончил работу, а раны Руиза были покрыты псевдокожей, Дольмаэро заговорил с вежливым любопытством:
— Я ожидал, что у такого человека, как ты, будет на теле гораздо больше шрамов.
Руиз улыбнулся и хлопнул Дольмаэро по плечу.
— Я держу свои шрамы внутри, там, где им и полагается быть.
Руиз принес шприц-ружье, прижал его к шее Фломеля. Фокусник дернулся, когда Руиз нажал на курок, и его глаза тут же широко открылись. Он попробовал встать, булькая что-то от бессильной ярости.
— Заткнись, — сказал ему резко Руиз. — Молчи и слушай, или я тебя снова усыплю. Ты больше не командуешь.
Лицо Фломеля застыло, и глаза загорелись нехорошим огнем. Но он захлопнул пасть. Руиз вздохнул.
— Ладно. Слушайте все. Вы наверняка уже догадались, что Кореана — работорговка. Она собиралась сделать так, чтобы вы поставили спектакль для будущих ваших покупателей. Я скажу вам так: труппы фокусников с фениксом с Фараона обычно получают высокую цену на пангалактическом рынке — она за вас получила бы неплохую сумму.
Дольмаэро заговорил.
— Почему ты здесь, Руиз? Ты же не с Фараона.
Руиз машинально солгал.
— Случай. Я просто турист, которого занесло на Фараон. Я был так же поражен, как и вы все, когда нас схватили.
Дольмаэро задумчиво потер подбородок.
— Как насчет того, что рассказал Мастер Фломель? Ну, что ты прыгнул на сцену как раз перед тем, как нас похитили.
— Да, — сказал Мольнех. — Я тебя тоже видел.
«Прекрати недооценивать Дольмаэро», — сказал себе Руиз. Он стал выдумывать на ходу.
— Я просто пытался как следует сфотографировать вас своей камерой. Это такая машинка, которая делает картинки, ее все туристы носят с собой. Я поскользнулся и упал. Но все это сейчас совершенно неважно. Теперь нам предстоит решить, что же делать.
— А что мы можем сделать? — спросил Дольмаэро.
— Разумный вопрос. Сперва нам необходимо убрать огромный труп из одной каюты. Потом я постараюсь привести в себя Низу. Потом мы обследуем лодку и решим, можем ли мы ею управлять.
Они оставили Кроэля в трюме, привязав его к скамье. Фломель шел за ними в нескольких шагах, словно боясь оказаться вместе с остальными. Возле двери Банессы Руиз остановился.
— Там, внутри, мерзкое зрелище. Но нам необходимо выволочь ее оттуда. Если нам оставить ее здесь, она начнет нестерпимо вонять через несколько дней.