Многие страдали и от горной болезни. Гонсало Бульнес описал такой же поход перуанской армии под командованием де Ла Мара:
«Дорогу армии прокладывала колонна индейцев. Они несли на плечах продукты и снаряжение. Кавалеристы ехали верхом на мулах и вели лошадей за собой. Лошадям на копыта надели специальную самодельную обувь… Люди и животные шли по узкой горной тропинке. Другого пути в этих горах не было. Здесь нужно было довериться чутью животных, а не вести их самим. Пехота растянулась в бесконечную цепь.
Во время переходов через ущелья контраст между крутизной высоких гор и глубиной, на которой находились долины, поражал воображение людей. Вершины гор скрывали облака. Горные реки с головокружительной высоты падали вниз. Люди шли по безжизненным камням, где не было никакой растительности, кроме мхов, служивших пропитанием для лам, и лишайников, из которых индейцы делали нитки, где не было ничего живого, кроме кондоров и викуний, с любопытством рассматривавших путешественников. Часто после такого опасного восхождения солдаты обнаруживали, что стоят на краю долины, а вдалеке виднеется маленький белый домик с фруктовым садом. Затем армия покидала долину и поднималась на новую высоту. Так продолжалось бесконечно. Когда уставшие солдаты останавливались, то мерзли от холода. Чтобы не замерзнуть ночью, люди ложились спать поближе к кострам.
Бесконечная вереница людей, карабкавшихся по неровной поверхности, как огромная змея, обвивала горы. Иногда у солдат так сильно кружилась голова, что они не могли идти без посторонней помощи. Разреженный воздух затруднял движение, и порой целые батальоны без сил падали на землю. Переходя с места на место… сигнальщики… освещали тропинки, чтобы растянувшиеся в бесконечную линию люди не сбились с пути».
Дивизия под командованием Сукре, двигавшаяся на юг, прошла триста миль по пустыне Атакама. Люди мерзли по ночам и страдали от жары днем. Во время этого перехода триста человек погибли от истощения. Теперь оставшимся в живых предстояло подняться в горы.
2 августа все дивизии собрались на большом плато под Серро-де-Паско. Плато находилось на высоте около двадцати футов над уровнем моря. Боливар осмотрел свои войска и обратился к ним с таким призывом: «Солдаты! Вы стоите на пороге великого свершения. Судьба поставила перед вами великую задачу. Вы должны спасти мир от рабства… Солдаты! Перу и вся Америка жаждут мира, который принесет ваша победа. Даже свободная Европа смотрит на вас с надеждой, потому что освобождение Нового Света важно для всех…»
Объединенная армия патриотов выступила к Озеру королей (Лаго-де-Хунин), на противоположном берегу которого раскинулась долина, ведущая к Хунинским равнинам.
Появление большой армии повстанцев в непосредственной близости от неприступного штаба де Кантерака, расположенного в горах, застигло того врасплох. Чтобы преградить ей дорогу, де Кантерак направил солдат вниз по левому берегу озера. Когда он обнаружил, что Боливар со своими людьми поднимается вверх по правому берегу озера прямо к долине Хауха, которая теперь оказалась незащищенной, было уже поздно. Де Кантерак отдал приказ идти наперерез армии Боливара, дабы избежать опасности быть отрезанным от своего штаба. Разгадав маневр де Кантерака, Боливар устремился вперед. Испанская пехота обгоняла солдат Боливара, поэтому он послал вдогонку свою кавалерию, чтобы опередить испанцев и не дать им занять удобную для атаки позицию в узком месте, на подходе к долине. Только двум аргентинским кавалерийским бригадам удалось сделать это. В результате они оказались одни против целой вражеской армии.
Де Кантерак был в восторге: аргентинцы были перед ним как на ладони и намного уступали его войску в численности. Он лично повел своих гусар в атаку. В авангарде патриотов из пехотинцев были только аргентинские гренадеры. Испанцы быстро сломили их сопротивление, но полуголые кавалеристы-льянерос никак не хотели сдавать свои позиции. Они отступали, увлекая врага за собой, перегруппировывались и вновь наступали. Так длилось до тех пор, пока остальная часть армии Боливара не подошла к месту боя.
На помощь измотанным кавалеристам подошли колумбийские гусары и гренадеры. Генерал Некочеа, командовавший кавалеристами в этом бою, был ранен и захвачен в плен испанцами. Получив подкрепление, патриоты бросились в атаку и освободили Некочеа.
Кавалерийский резерв испанцев двинулся на позиции патриотов. Миллер же вновь использовал старый прием, которому научился у льянерос. Он приказал кавалеристам отступать к позициям пехоты, находившейся в резерве. Когда роялисты уже не сомневались в своей победе, Миллер скомандовал: «Кругом!» — и его кавалерия, развернувшись на сто восемьдесят градусов, бросилась в атаку на растерявшихся роялистов. Льянерос пустили в ход свои копья. Ряды испанцев расстроились. Они начали отступать. Боливар, однако, остановил преследование, чтобы отставшие части его армии могли подтянуться.