Паэс насильно рекрутировал тысячи человек. Его люди врывались в дома обывателей. Поведение Паэса привело Сантандера в ужас. Он приказал ему явиться в Санта-Фе-де-Боготу и ответить за свои действия.
Паэс написал Боливару, умоляя его вернуться и спасти страну от развала, а заодно и от неумелого правления Сантандера. Боливар был настроен решительно. Во время путешествия на север, которое проходило через Анды, его с энтузиазмом встречали в Кито и даже в Пасто. Боливар написал Сантандеру, угрожая отвернуться от него, если тот не согласится на пересмотр конституции Великой Колумбии. Это позволило бы установить жесткое правление в стране.
Сантандер уступил, потому что без поддержки Боливара был не в состоянии противостоять Паэсу. Капризные конституционалисты Санта-Фе-де-Боготы ненавидели Боливара, но не имели сил бороться с ним.
Боливар приближался к Боготе. Сантандер верхом на лошади выехал ему навстречу в город Токайма. Требование Боливара о пересмотре конституции страны было удовлетворено. Взамен Сантандер потребовал, чтобы Боливар отказался стать диктатором Великой Колумбии (об этом просил его и Паэс), приструнил неукротимых льянерос и снял Сукре с должности вице-президента Великой Колумбии.
Боливар необдуманно согласился на условия Сантандера. Впоследствии это привело к тому, что он потерял двоих своих самых главных союзников — Паэса и Сукре, в то время как Сантандер по-прежнему оставался его противником.
Сантандер возвратился в Боготу. Там он стал распространять слухи, будто Освободитель направляется в столицу, чтобы захватить власть. Вместо триумфальных арок и обычных приветствий к приезду Боливара приготовили лозунг «Да здравствует конституция!».
Узнав об этом, разгневанный Боливар тотчас же поскакал в Боготу, несмотря на проливной дождь и глубокую ночь. Пять лет Боливар не был в столице. Вместо радостных толп народа он увидел спешно собранные Сантандером небольшие группы людей, скандировавших: «Да здравствует конституция!» С трудом сдерживая гнев, Боливар поднялся на стременах и выкрикнул в ответ: «Да здравствует Республика! Да здравствует наш выдающийся вице-президент (Сантандер)! Да здравствует конституция!»
За несколько дней Боливару удалось перетянуть на свою сторону ведущих политиков города. Сантандер вновь вынужден был подчиниться решению Боливара о создании конфедерации Великой Колумбии, Перу и Боливии.
Когда об этом узнал Паэс, которого поддерживал вечно мятежный Мариньо, то поднял знамя восстания — и не против Сантандера, а против Боливара. В Пуэрто-Кабельо, Кумане и Валенсии вспыхнули бунты. Старый разбойник Паэс снял свою генеральскую форму и вновь облачился в одежду льянерос. Верхом на лошади он скакал из Каракаса в льянос, раздувая огонь ковбойской смуты.
Именно Паэс первым когда-то сказал, что Боливар должен превзойти Наполеона. Теперь же он обвинял своего бывшего командира в стремлении стать единоличным властителем в Латинской Америке. Земля, за освобождение которой пролилось так много крови за последние пятнадцать лет, вновь подвергалась опасности быть ввергнутой в гражданскую войну. Прибыв в Каракас, Боливар заявил Паэсу: «Вы столько приобрели рядом со мной. Я разделил с вами славу и удачу. Для вас нет ничего невозможного, пока мы вместе. Вспомните генерала Лабати. Он пошел против меня и проиграл. А генерал Кастильо, генерал Пиар, генерал Морильо, генерал Рива Агуэро, генерал Торре Тагле? Все они проиграли, начав борьбу со мной. Господь обрекает всех моих врагов на гибель, не важно, кто они — испанцы или американцы. А теперь вспомните, какие посты занимают генералы Сукре, Сантандер и Санта-Крус…»
Из Каракаса Боливар направился к озеру Маракайбо. В дороге он написал Сантандеру: «Медлить нельзя, иначе мы потеряем все. Война на западе будет очень жестокой. И продлится не меньше трех-четырех лет. Война может быть такой же непредсказуемой, как с испанцами. Сегодня мы разобьем их, а завтра они вернутся с еще большими силами».
В этом письме Сантандеру Боливар пишет о Паэсе как о «самом амбициозном и тщеславном человеке в мире… и самом опасном человеке в Колумбии». Но тем не менее он хотел уладить дело мирным путем и потому согласился принять участие в новой конституционной ассамблее.
Паэс тут же ухватился за это обещание Боливара. Он вдруг заявил, что Боливар вовсе не собирается начинать войну с льянерос, а пришел в Венесуэлу как простой гражданин. «Он пришел дать нам счастье, — говорил Паэс, — он не отберет у меня ту гражданскую и военную власть, что я получил от народа. Он пришел, чтобы дать нам добрый совет, поделиться с нами своей мудростью, опытом и помочь в наших реформах… Венесуэльцы! Забудьте о своих бедах! С нами великий Боливар!»