Известие о том, что де Ла Мар собирает новую армию в Пьюре, встревожило его приближенных. Опасаясь, что Боливар и Сукре воспользуются этим предлогом и вновь вторгнутся в Перу, Гамарра сместил де Ла Мара. Несмотря на протесты своей жены, которая ненавидела Боливара, Гамарра заключил с ним мирное соглашение.
Вскоре Боливар получил еще одно известие, на этот раз приятное. В Боливии его преданный сторонник Санта-Крус отнял власть у перуанцев и восстановил конституцию Боливара.
Однако вскоре в Великой Колумбии распространились слухи, будто бы Боливар, Освободитель и диктатор, подыскивает себе в преемники одного из европейских принцев.
Эти слухи были спровоцированы противниками объединения страны. Так они вновь пытались завоевать влияние в регионе. Состояние здоровья Боливара стремительно ухудшалось. Самый влиятельный и самый преданный ему генерал Урданета созвал лидеров страны, чтобы рассмотреть предложение британского посла об установлении в Великой Колумбии конституционной монархии после того, как Боливар сойдет со сцены. Урданета и его приближенные были уверены, что никакая другая форма государственного правления не сможет обеспечить законность и преемственность власти в стране после ухода Освободителя.
Вот что писал об этом О’Лири:
«По приезде в столицу я обнаружил, что правительство серьезно озабочено планами установления монархии в стране. Кое-кто из министров поделился со мной своими проектами. Они говорили, что все здравомыслящие люди в стране считают республиканские институты неподходящими для страны, что покушение на Боливара привело всех в ужас, что радикальные перемены необходимы. Они говорили мне, что нет смысла советоваться с Боливаром до тех пор, пока все не будет готово. Они боялись, что Боливар будет против их плана. Предполагалось заручиться одобрением французского и британского правительств. Кандидатура принца Баварии считалась наиболее подходящей, так как он не был близко связан ни с одним из европейских дворов. Однако кандидатура наследника рода Орлеанских была предпочтительнее, так как он был очень богат. Когда спросили мнение Паэса, он не стал полностью отвергать этот проект, но посоветовал отложить его на некоторое время. Брисеньо и Сублет решительно высказались против. Они считали, что враги генерала Боливара в Венесуэле смогут воспользоваться этим предлогом и поднять революцию. Генерал Монтилья также был против. Он говорил, что сейчас не время для столь грандиозных проектов. Но к его советам никто не прислушался. Министры закрыли глаза на возможные последствия этого предприятия и продолжали настаивать на своем.
Ни у кого не возникало даже мысли, что Боливар может стать монархом. Его хотели избрать почетным президентом государства пожизненно, присвоив народный титул Освободителя. Европейский принц должен был взойти на престол страны только после смерти Боливара».
Этот проект был задуман британцами в надежде усилить их влияние на континенте в противовес Соединенным Штатам Америки. США поддерживали Сантандера, стремившегося к утверждению республиканского строя. Урданета и его сторонники хотели, чтобы Боливару наследовал не просто европейский принц, а принц из латинской страны Европы — католик, но не испанец. Таким образом, все сходилось на Франции. Такая позиция вряд ли обрадовала Англию.
Находясь в отдаленном Гуаякиле, Боливар без энтузиазма воспринял идею об установлении в стране монархии, даже в ее конституционной форме. Всю жизнь он боролся против монархического строя. Полковник Патрик Кэмпбел, посол Британии, обсуждавший эту идею с Боливаром, услышал дипломатичное «нет».
«Я даже не знаю, что сказать Вам об этом. Это сулит нам бесчисленные трудности. Вы должны знать, что с моей стороны нет никаких возражений по этому поводу. На следующем конгрессе я подаю в отставку. Но кто сможет примирить наших лидеров и избавить от страха неравенства наш народ? Вы уверены, что Англия не будет обижена, если выберут принца из династии Бурбонов? Неужели Вам не ясно, что все южноамериканские нации воспротивятся этому? Соединенные Штаты, которые считают, что у них есть право замучить весь континент во имя свободы, тоже будут против такого выбора. Я только что раскрыл крупный заговор против Колумбии, которой завидуют все республики Америки.